Министерство культуры Республики Татарстан

Контакты •  Карта сайта •  Гостевая книга •  Поиск по сайту •  Ссылки

Офис Елабужского государственного музея-заповедника
Наджип Наккаш. Шамаиль «Аллах, успокаивающий души»

ГлавнаяВыставочный залКультурное и духовное наследие исламского мира

Выставочный зал

19.02.2018

Культурное и духовное наследие исламского мира

Людмила Пахомова

Сразу три героя дня оказались на открытии выставок «Листы Корана» и «Арабографическая каллиграфия». Каждый из них по-своему уникален. Двое — авторы многих представленных работ и настоящие виртуозы своего дела. А третий…


На открытии выставок
На открытии выставок Фото Л.Пахомовой

На открытии выставок

Его зовут Николай Ильницкий. Он уфимский коллекционер, а кроме того генеральный директор Центра по сохранению исторического культурного наследия мусульманских народов «Ихтимам». И при этом — православный христианин. Согласитесь, что подобное сочетание не может не удивлять. Не случайно, встретившись с ним накануне, генеральный директор Елабужского государственного музея-заповедника Г.Р.Руденко настоятельно попросила взять у него интервью.

Мы увиделись с ним до начала вернисажа в Выставочном зале ЕГМЗ. Оказалось, что основная часть представленной из Уфы коллекции «Листы Корана» была собрана или же выполнена собственноручно переписчиком и реставратором рукописных книг Дамиром Ахматгалиевым, который после окончания Московского художественного училища памяти 1905 года как раз незадолго до развала СССР получил направление на работу в государственный архитектурно-художественный музей-заповедник города Бухары

Приехав туда, он погрузился в совершенно другой мир. Поселили его у 70-летнего хранителя библиотеки Ишон-хазрата, род которого восходил к пророку Мухаммеду. Именно он преподал воспитанному в духе советского атеизма юноше основы ислама и научил владевшего техникой реставрации книг выпускника столичного училища вкладывать в работу не только полученные знания, но и душу. Изучившему ещё в Москве арабский язык Дамиру пришлось заниматься в основном реставрацией старинных Коранов, написанных разными каллиграфическими почерками и украшенных в стилистике тех или иных стран и исторических эпох.

Дамир Ахматгалиев и Николай Ильницкий
Дамир Ахматгалиев и Николай Ильницкий Фото Л.Пахомовой

Дамир Ахматгалиев и Николай Ильницкий

Специалистов, способных переписывать Кораны, сейчас практически не найти. В Бухаре, к примеру, после отъезда Дамира их осталось всего двое. Легендарный город Востока дал ему очень много, там он обрёл не только веру, но и был посвящён в древнейший суфийский орден Накшбандия, мистические практики которого призваны очистить сердце человека и приблизить его к Богу.

Пришло время и уроженца Уфы потянуло вернуться на родину. Но оказалось, что здесь ему негде было применить свой бесценный многолетний опыт. И кто знает, как сложилась бы его дальнейшая жизнь, если бы не встреча с Николаем Ильницким. Уфимского коллекционера привлекло в Дамире не только мастерство и редкое собрание коранических раритетов, но и сама личность.

«Более доброго и любящего Бога человека я ещё не встречал, — признался он. — Благодаря ему, я открыл для себя большой, удивительный мир ислама. Когда начинаешь изучать и погружаться в него, это, конечно, захватывает. Хочется тоже собирать подобные артефакты.

Дамир Ахматгалиев
Дамир Ахматгалиев Фото Л.Пахомовой

Дамир Ахматгалиев

Как православного человека меня это в первое время самого очень смущало. Но у меня есть духовный отец, настоятель монастыря Иконы Божией Матери Кассопитры на греческом острове Корфу схиархимандрит Поликарп. Он начинал монашеский путь на Святой горе Афон, в последние шесть лет жизни святого Паисия Святогорца был его келейником. Для меня он при жизни святой человек. Я поехал к нему за советом, и он мне сказал: «Столько, сколько сделали для истинных христиан именно мусульмане, не сделал никто. Поэтому если можешь им чем-то помочь, помогай». Мне этих слов было достаточно.

Это первая выставка нашего центра «Ихтимам», являющегося автономной некоммерческой организацией. У нас ещё мало опыта и где-то мы сталкиваемся с бюрократическими препятствиями, юридическими проблемами. При этом боимся, не дай Бог, затронуть чувства верующих, которые уже в своей среде поделились на десятки направлений и толкований этой веры. Поэтому лучше всего взять традицию, а она, прежде всего, заключена в Коране, который был и остаётся неизменным со времён Великого Халифата.

Мы не проповедуем ислам, а только отражаем его культурное и историческое наследие. На выставке можно увидеть, как оформлялись и украшались эти священные книги мусульман, как менялся почерк, в связи с чем это происходило. И мы показываем это на предметах либо старинных, либо современных, в том числе копиях листов знаменитых Коранов, выполненных моим другом Дамиром Ахматгалиевым.

Разворот страниц Корана. XVIII век. Иран. Рукописная копия
Разворот страниц Корана XVIII век. Иран. Рукописная копия

Разворот страниц Корана. XVIII век. Иран. Рукописная копия

Конечно, хочется не только собирать библиотеку и какие-то артефакты, но и делать что-то необычное. В наших планах создать рукописный Коран XXI века. Наш Дамир, наверное, один из немногих людей на планете, который может это сделать не просто профессионально, но творчески, с душой и молитвой».

Надо сказать, что даже подготовительная работа к этому проекту заняла, да и займёт ещё немало времени. Больше года ушло на поиски хлопковой бумаги, которая использовалась прежде для рукописных Коранов. Но она ещё требует специальной клеевой обработки, а затем лощения вручную агатовыми камешками. Кроме того, только через полгода в Арабских Эмиратах удалось найти образец красивого почерка мухаккак, которым будет переписываться этот Коран. В священной книге не должно быть ни одной ошибки. Если переписчик их допускает, то листы сразу же выбраковываются. Однако, несмотря на все сложности, Дамир горит желанием приняться за работу. Впрочем, для него это не работа, а нечто несравненно большее, ведь для мусульман Коран — это речь Аллаха, обращённая к сердцу верующего.

Судьба подарила Дамиру Ахматгалиеву возможность увидеть множество редчайших книг.

Муракка. Рукописный шамаиль с салаватами, помещённый на падишахскую ткань. 1888. Бухара
Муракка. Рукописный шамаиль с салаватами, помещённый на падишахскую ткань 1888. Бухара

Муракка. Рукописный шамаиль с салаватами, помещённый на падишахскую ткань. 1888. Бухара

«До XIX века, — рассказал он, — Бухара считалась священным городом. Там было более 2000 медресе, куда ехали учиться из Казани, Татарии и Башкирии. После установления советской власти сохранилась большая библиотека — тысячи книг на староарабском языке. Находясь в глинобитных помещениях, многие отсырели. Мы, в основном, занимались реставрацией книг, у которых не хватало или были в плохом состоянии первые и последние листы. Они, как известно, изнашиваются прежде всего.

На Востоке существовала прежде традиция — иметь в каждой семье, которая, конечно, могла себе это позволить, рукописный Коран. Это была большая святыня, которая передавалась из поколения в поколение старшим сыновьям. Борьба с религией, проводившаяся в годы советской власти, привела к тому, что Кораны стали прятать в стены, зарывать в землю. Но обычно первые страницы были такими красивыми, что рука не поднималась закапывать, их вырывали и оставляли. Самих Коранов уже нет, а часть из страниц дошла до наших дней. Некоторые из них мне удалось приобрести. Ещё часть коллекции составляют копии листов знаменитых Коранов. Например, так называемого Синего Корана, который был сделан для Аббасидов — первых халифов. По нескольку его листов находится в шахских семьях, в Англии, в Америке. А наш музей-заповедник в Бухаре сотрудничал с этими странами. Они нам давали для реставрации листы старинных Коранов и в благодарность позволяли сделать копии. Одну копию Синего Корана я выполнил для себя.

Разворот страниц Корана. Конец IX - начало X в. Тунис. Рукописная копия
Разворот страниц Корана. Конец IX - начало X в. Тунис. Рукописная копия

Разворот страниц Корана. Конец IX - начало X в. Тунис. Рукописная копия

Он написан почерком куфи. Вообще в арабской каллиграфии около 80 почерков. Есть такие, которые трудно читать. А когда читаешь Коран, нельзя делать орфографических ошибок, потому что может произойти искажение слова, поменяться смысл. Чтобы такого не было, установилась традиция переписывать Коран только определёнными почерками. Раньше использовался куфи, но позднее он также был сочтён трудным для чтения и письма. В настоящее время повсеместно применяются насх и очень похожий на него, но более красивый и изысканный почерк мухаккак, которым прежде писали только для царских особ. А для изготовления миниатюрных Коранов используется почерк губари. В нашей коллекции можно увидеть подобный экземпляр, отпечатанный типографским способом и один рукописный восьмиугольный лист. Последний писался через лупу специальной кисточкой из одного волоска, взятого с загривка котёнка».

Пожалуй, самым подготовленным зрителем, способным полностью понять (поскольку хорошо владеет арабским языком) и оценить выставку «Листы Корана» явился автор второй экспозиции «Арабографическая каллиграфия» Наджип Наккаш, который сказал: «Чтобы увидеть образцы этих Коранов в музеях и библиотеках, нужно потратить годы. А здесь они собраны в одном месте — такие шедевры! Тут можно целыми днями читать и изучать».

Лист Корана. XI в.
Лист Корана XI в.

Лист Корана. XI в.

И, действительно, выставка очень впечатляет. Самые древние листы священной книги мусульман датируются XI веком. Написаны они на коже газели. Остальная часть оригиналов относится к XVIII и XIX векам, а география их включает, в основном, Бухару, Иран, а также Северную Африку. Среди них единственным полным экземпляром является Коран Надир шаха, созданный в XVIII веке. Его владелец вёл на Кавказе военные действия, во время которых Коран очень сильно пострадал. Но в XIX веке он был с любовью отреставрирован. Тексты размещены на хлопковой бумаге, окрашенной шафраном с золотым краплением. В Коране много богато украшенных страниц.

Мастерство переписчика Дамира Ахматгалиева предстаёт в копиях листов Коранов, созданных в IX– XVIII вв. в Иране, Ираке, Тунисе, Египте, и хранящихся в настоящее время в разных странах мира. Написанные почерками куфи, насх и мухаккак, иллюминированные золотом, украшенные орнаментами, цветами, растительными узорами, они восхищают своей красотой, изяществом и гармонией. Оригиналы некоторых из них были когда-то написаны для султанов и шахов.

Творчество самого Дамира Ахматгалиева можно оценить, глядя на его киты (обереги) в виде рукописных панно. Большая часть из них представляет собой суры, аяты и другие изречения из Корана, а также салаваты (прославления пророка Мухаммеда), написанные в различных каллиграфических стилях. Выполнены они в конце ХХ века. Но есть среди них старинная кита 1890 года из Бухары. На ней в самом центре в виде птицы Симург, символизирующей перерождение и долголетие, изображён текст «Бисмилла» — предначинательные слова мусульманских молитв. Этот оберег имеет свою историю, которую поведал её бывший владелец. Случилось это в 20-е годы прошлого века. Кита висела в их доме над шкафом, куда он вместе с другими такими же малышами спрятался, когда к ним ворвались вооружённые солдаты, безнаказанно грабившие жителей. Но, словно остановленные неведомой силой, они постояли и, ничего не взяв, ушли. И в дальнейшем эта семья тоже не пострадала, что они связывали с защитным действием оберега.

Кита. 1890. Бухара
Кита 1890. Бухара

Кита. 1890. Бухара

Часть панно «99 прекрасных имён Аллаха». XVIII в. Мешхед. Иран
Часть панно «99 прекрасных имён Аллаха» XVIII в. Мешхед. Иран

Часть панно «99 прекрасных имён Аллаха». XVIII в. Мешхед. Иран

Среди экспонатов выставки находится семейная реликвия Дамира Ахматгалиева — фрагмент панно «99 прекрасных имён Аллаха», которое было в XVIII веке привезено дедом его прадеда из мечети города Мешхеда (Иран). Роспись выполнена темперой, тушью и золотым пигментом на коже.

В экспозиции также можно увидеть датируемые XIX веком религиозные сувенирные изделия, фамильные кольца, вышитый коврик для намаза, костюм дервиша. Современные изделия представлены видами Мекки и Медины, созданными в технике горячей эмали уфимской художницей Гульназ Гилязетдиновой.

Что касается второй выставки, то её автор — наш современник, казанский художник-каллиграф Наджип Наккаш (Наджип Файзрахманович Исмагилов). По образованию он филолог, специалист по татарской литературе и языку. И после окончания Казанского университета 30 лет проработал в отделе рукописей и текстологии Института языка, литературы и искусства им. Г.Ибрагимова. Во время учёбы в школе у них не было преподавателя иностранного языка, поэтому в университете ему пришлось начинать с нуля. И он выбрал арабский, который всегда казался ему окружённым ореолом какой-то таинственности. А вот каллиграфию постигал самостоятельно по древним текстам, турецким и иранским книгам. Хотя несколько уроков ему всё же удалось взять у известного татарского художника Баки Урманче, который до революции учился в медресе и был знаком с арабским каллиграфическим почерком.

Наджип Наккаш
Наджип Наккаш Фото Л.Пахомовой

Наджип Наккаш

В 90-е годы на волне подъёма национального самосознания и возвращения к истокам веры Наджип Наккаш неожиданно для себя оказался очень востребованным. В Татарстане начали выпускаться новые газеты и журналы, где стали публиковать коранические фразы, образцы которых писал от руки Наджип Наккаш. Он же возродил искусство шамаилей — картин религиозного содержания, основанных на арабской каллиграфии и орнаменталистике, которые на рубеже XIX– XX веков можно было встретить почти в каждом доме татар-мусульман.

Однако Н.Наккаш фактически с самого начала расширил границы своих шамаилей, включая в них наряду с выдержками из Корана созвучные им стихотворения татарских поэтов, начиная от Кул Гали и заканчивая Мусой Джалилем, а также различные изображения. Все его шамаили по аналогии с произведениями искусства имеют собственные названия. Например, «Будьте скромны!», «Терпение», «Сююмбике с полумесяцем», «Великий Болгар», «Окажи доброту!», «Ночь могущества», «Впечатления от Корана», «Великие имена», «Аллах, успокаивающий души», «Заботьтесь о родителях!» и другие.

Шамаиль «Сююмбике с полумесяцем» посвящён важному событию — установке в 1990 году на знаменитой древней башне Казанского кремля главного мусульманского символа. В центре шамаиля изображена башня Сююмбике, рядом на рабском языке выдержка из Корана «Явилась правда — исчезла ложь», а по краям на татарском строки из стихотворения Габдуллы Тукая «Пара лошадей»:

Наджип Наккаш. Семейная тугра «Президент Республики Татарстан Рустам Нургалиевич Минниханов»
Наджип Наккаш. Семейная тугра «Президент Республики Татарстан Рустам Нургалиевич Минниханов»

Наджип Наккаш. Семейная тугра «Президент Республики Татарстан Рустам Нургалиевич Минниханов»

Здесь наши деды-прадеды, их дворцы, дома. Здесь для души печальной и рай, и гурии рая. О Казань! Казань энергичная, Казань мелодичная и лучезарная Казань!

В числе последних шамаилей «Слава Всевышнему!», который был создан в этом году. Большой и красивый, он сделан традиционным и довольно сложным способом на стекле.

Наджип Наккаш мастер орнаментов. Их он копирует как с древних образцов, так и придумывает сам.

На выставке также представлен другой жанр в стиле арабской графики — тугры. Это своеобразный, в данном случае художественный знак личности или семьи. Тугр Наджип Наккаш создал великое множество. Их ему заказывают к юбилеям, свадьбам, никахам и другим знаменательным событиям. В экспозиции можно увидеть тугры хорошо известных в республике поэтов, учёных, политиков. На примере тугры семьи президента РТ Рустама Миннеханова, которая выполнена не в свободной, а в классической манере, характерной для тугр турецких султанов и крымско-татарских ханов, художник рассказал, что символизируют те или иные формы надписи. Например, вертикальные линии обозначают стремление занять в жизни высокое положение, а овальные — преграду, защищающую от воздействия злых сил.

Фрагмент экспозиции «Арабографическая каллиграфия»
Фрагмент экспозиции «Арабографическая каллиграфия» Фото Л.Пахомовой

Фрагмент экспозиции «Арабографическая каллиграфия»

Экспонируется на выставке и могучее родословное древо Наджипа Наккаша, которое уходит своими корнями в 1629 год. Именно до этой даты ему известны имена прямых предков и их семейных ветвей.

Выставки, подобные «Листам Корана» и «Арабографической каллиграфии» не просто поражают, они рождают чувство общечеловеческого родства, а, значит, позволяют лучше понять и принять друг друга людям разных национальностей и вероисповеданий.


в начало


Наверх страницы На главную Написать письмоПосетителям сайта: информация и помощь Вниз страницы