Министерство культуры Республики Татарстан

Контакты •  Карта сайта •  Гостевая книга •  Поиск по сайту •  Ссылки

Офис Елабужского государственного музея-заповедника
Надгробный памятник П.Дернову и его сыновьям на Троицком кладбище в Елабуге

ГлавнаяКраеведческий комплексШли умирать за веру и Святой крест

Краеведческий комплекс

11.10.2010

Шли умирать за веру и Святой крест

Людмила Пахомова журналист ЕГМЗ

В феврале 1918 года в Елабуге были расстреляны красногвардейцами священнослужитель о. Павел Дернов и трое его сыновей — Борис, Григорий и Семён, старшему из которых было двадцать лет, а младшему едва исполнилось семнадцать. В то смутное, ожесточенное время город не раз переходил в руки то красных, то белых и крови как с той, так и с другой стороны было пролито немало. Однако гибель о. Павла с сыновьями в этой чреде жертв революции всегда стояла как-то особняком. Никаких документов — допросов, приговоров — не сохранилось. Скорее всего, их просто не было.


Лития на Троицком кладбище
Лития на Троицком кладбище по новомученикам Павлу, Борису, Григорию и Симеону Фото Л.Пахомовой

Лития на Троицком кладбище

Отец с детьми были расстреляны по указанию Ефима Колчина, руководителя прибывшего из Сарапула карательного отряда, — расстреляны без всякого суда и следствия. Но вот что странно: их смерть с самого начала не давала покоя большевикам. Позднее о. Павел с сыновьями были причислены к «организаторам мятежа» против красных, и это утверждение прочно закрепилось в революционной «летописи» города. Многие имена известных и достойных елабужан были напрочь забыты за годы Советской власти, но только не Дерновых. Последнее подобное упоминание о них можно было прочесть в книге «Над шишкинским бором рассвет», опубликованной в Татарском книжном издательстве в 1989 году. Между тем к этому году прошло уже 8 лет с того времени, как о. Павел Дернов с Борисом, Григорием и Семёном были прославлены в лике святых новомучеников Русской Православной Церковью Зарубежом. А много ранее, где-то через месяц после их гибели, патриарх Тихон совершил заупокойную литургию по новым священномученикам и мученикам, среди которых поминались протоиерей Павел и чада его.

Что же в действительности послужило причиной их мученической гибели? Самое полное и достоверное свидетельство об этом оставила единственная дочь о. Павла Варвара Павловна Дернова, написавшая в 1976 году воспоминания «Об отце и братьях».

Семья Дерновых
Семья Дерновых Фото из архива А.С. Филипповой

Семья Дерновых

…в начале 1918 года в Киеве был убит митрополит Владимир. Кто он был, и за что его убили, я не знаю, имя его запомнила потому, что потом оно произносилось на всех заупокойных ектениях рядом с именами моего отца и братьев. И патриарх Тихон анафематствовал большевиков. Это был ответ на убийство митрополита Владимира. Анафематсвуя большевиков, Тихон приказал прочесть его «буллу» на торжественном служении в храме (у нас читали в соборе) и потом совершить крестный ход. На столь торжественном служении следовало произнести проповедь. Кто же ее произнесёт? Отец Павел Дернов! Известный всему городу оратор, человек, владеющий даром слова. Это было решение елабужского духовенства, которое и обратилось к папе с просьбой или предложением сказать эту проповедь, и папа согласился. Я думаю, что он хорошо понимал, на что идёт…

Хорошо помню бурный разговор между папой и мамой вечером. Говорила очень взволнованно мама: «Что ты делаешь, у тебя дети!» Надо сказать, что я никогда не слышала никаких размолвок между родителями. Либо они уж очень любили друг друга, либо отец обладал такой кротостью и в такой степени, что никогда слова спора, столкновения в нашей семье между родителями не случалось. И это был единственный бурный разговор, который я слышала и хорошо помню. Что отвечал отец, я не знаю. Он уже решил для себя, принял на себя это обязательство. И вероятно не сомневался, что последует расплата.

Дом Дерновых в Елабуге
Дом Дерновых в Елабуге Фото из архива А.С. Филипповой (вторая половина ХХ века)

Дом Дерновых в Елабуге

И вот состоялось это торжественное служение в соборе. Отец вышел на амвон говорить проповедь. Было это 10 или 11 февраля старого стиля 1918 года. Говорил он вот о чём: (я помню только драматический сюжет и не помню ни одного имени, ни императора, ни временщика) в Константинополе при каком-то императоре был временщик, который забрал всю власть в стране и император поступал так, как ему подсказывал временщик. А тот совершал одно зло за другим, всё именем императора, и не было от него пощады несогласным с ним. Люди, попавшие в немилость к временщику, могли спастись только у алтаря храма, так как в Византии существовал древний обычай, что даже преступник, нашедший убежище в храме, получал защиту, и его нельзя было казнить. Надменный злодей временщик стал добиваться у императора отмены древнего обычая. И… добился! После того не было уже никакой преграды его своеволию и его злодеяниям. И в гордости своей он посягнул на то, что оскорбил императрицу. Она пала в ноги императору и просила защиты. Только тогда из уст её узнал император о злых делах, которые творились его именем, и приказал схватить временщика и казнить его. А тот бежал и укрылся в храме, припав к алтарю. Однако это уже не могло спасти преступника, он сам позаботился о том, чтобы перестал действовать древний закон христианского милосердия. Но тут вышел сам константинопольский патриарх и заступил дорогу посланным схватить преступника. И тем утвердил неприкосновенность Божьего Храма.

Павел Александрович Дернов
Павел Александрович Дернов Фото из архива А.С. Филипповой

Павел Александрович Дернов

Я думаю, что отец был отличный рассказчик. Проповеди, нравоучения, выводов не было, был только рассказ о драматических столкновениях, связанных с неприкосновенностью храма. И потому я помню этот рассказ почти шестьдесят лет и никогда забыть его нельзя…

И вот вечером 12 февраля, довольно поздно, раздался звонок. Это пришли директор реального училища Пантелеймон Александрович Вербицкий и его жена… Волнуясь, они сказали, что пришла Красная гвардия. А несколькими часами позднее, мы ещё не спали, но я уже лежала в кроватке, был снова звонок. Известие, которое и пугало и было тем, что ожидали: обыск. Я помню, как папа за стеной моей детской прошёл в свой кабинет. Почему-то я поняла, что он идет молиться. Мне надо было встать и пойти к нему. И зачем я не встала? А я ждала, когда он пойдёт обратно. И этого не услышала. Наверное, он спустился из залы по парадной лестнице и вышел. Потом я слышала, как шумно и возбужденно собирались мальчики и как мама сказала что-то вроде: мальчики, вы потише или поосторожнее. И больше мы их живыми не видели и не слышали…

Не могу вспомнить, как скоро, но стало известно, что папа расстрелян на Тойме у Моралевской мельницы. А мальчики сидят в каком-то комитете. Словом, к вечеру тело папы было привезено, обмыто, облачено в священнические одежды и положено на стол. Есть предположение, что его не расстреляли, а закололи штыками. Во всяком случае, у него была одна огнестрельная рана на лице навылет со щеки на щеку. То ли удостоверялись, жив или умер, то ли добивали. А когда через несколько дней после похорон маме сказали, что можно съездить на Моралевскую мельницу, то оказалось, что на льду Тоймы громадное кровавое пятно. Мама зачерпнула этого кровавого снега. Помню, как его везла. Хозяин мельницы Моралев убеждал маму, что он всё видел, и что когда отца привезли, то он просил дать ему возможность исповедаться. Правда это, или фантазия Моралева, я не знаю, но на отца это похоже. Он и перед такой смертью хотел, чтобы ему отпустили грехи, согласно его нерушимой вере…

Анна Аркадьевна Дернова
Анна Аркадьевна Дернова Фото из архива А.С. Филипповой

Анна Аркадьевна Дернова

Когда моим братьям сказали о смерти отца, они повели себя так, как и должны были вести все нормальные люди. Вероятно, они кричали и обвиняли. И что ещё они могли и должны были говорить и кричать в это время и в этот момент?!

Как это было, никто и никогда не узнает. Но братьев сейчас же среди бела дня вывели и повели на расстрел. Вели к спуску на дамбу и потом по дамбе и все это видели. Они что-то кричали для передачи маме, что-то вроде того, что они идут умирать за веру и Святой крест. Есть множество свидетелей этого смертного пути моих братьев. Они ещё помнят эти трагические, страшные и может быть — героические слова. Братья, во всяком случае, думали, что именно так надо идти умирать. И я думаю, что именно так и никак иначе.

Их расстреливали, по-видимому, спешно, пришлось добивать. У Бори было избито лицо, его добивали по голове. У Гриши было что-то страшное — его застрелили разрывной пулей в затылок и разлохматили весь низ лица, челюсть, язык. Он в гробу лежал с толстой повязкой на лице. Говорят, что Сеня в последний миг испытал ужас смерти, ему за неделю до того исполнилось 17 лет. Его тоже убивали разрывной пулей, но она развернула ему ногу. Лицо его было единственное из всех четверых цело и спокойно. Есть фотография их четверых на столе. Отец с закрытым воздухом лицом, так хоронят духовных. Лица трёх братьев видны ясно и отчетливо.

Во время войны, когда боялись, что немцы ворвутся в Ленинград, одна скверная баба, которой мама почему-то доверяла, сказала, что маме нечего бояться, надо только показать немцам эту фотографию. А мама ответила: «А потом что? А что бы сказал Павел Александрович?» И мы знаем, что бы он сказал! Он проклял бы нас, встав из гроба!

Но я должна ещё рассказать, как маме сообщили о том, что мальчики убиты. Мы все уже знали, но сказать ей никто не мог решиться.

Протоиерей Павел Дернов и его сыновья на смертном одре
Протоиерей Павел Дернов и его сыновья на смертном одре

П.Дернов и сыновья на смертном одре

Мама сидела на стуле в той самой большой столовой, о которой я уже говорила. Все эти дни у нас в доме было множество народа, а тут её окружали учительницы из гимназии, воспитательницы из епархиального училища, кто-то из монастыря. Множество народа. И в дверь с лесенки, из маленькой прихожей, именно там, где я в последний раз слышала папины шаги, вошёл дедушка Аркадий Иванович. Он держал перед собой руки, как-то полусогнутые с полусжатыми кулаками. И мама сразу закричала что-то вроде: «Убиты?» И дедушка сказал: «Да, Анюта, расстреляны!» А мама воскликнула «Да будет воля Твоя!»

Я рассказала в основном всё. Могила их цела. Хотя кладбище давно закрыто. Они захоронены в кирпичном склепе. Недавно через бывшее кладбище прошла какая-то траншея. Этих могил к счастью она не затронула. Но все равно никто не лёг рядом с ними и не ляжет больше.

Они были обречены. Мальчики после смерти отца непременно попали бы в Белую армию. И непременно омочили бы руки в крови. А может быть потеряли бы человеческое, духовное, стали убийцами.

Они умерли чистыми. Мир их праху!

Тяжело и горько читать эти строки. Но такова была Божья воля, чтобы именно в Елабуге, которая в то время входила в Вятскую епархию, появились первые новомученики Вятской земли.

Первое упоминание о них сделал в 1999 году в книге «Живые иконы» член комиссии по канонизации святых Вятской епархии А.В.Маркелов. А с 2002 года по благословению митрополита Вятского и Слободского Хрисанфа комиссия приступила к сбору сведений о жизни и гибели протоиерея Павла Дернова. В 2008 году, к 90-летию мученической кончины о. Павла и его сыновей, А.В.Маркелов выпустил брошюру «Первые новомученики Вятской земли», в которой он написал: «Вывести работу на новый этап помогло пришедшее в Вятку письмо Д.С.Дернова, внука о. Павла. Дмитрий Сергеевич просил владыку Хрисанфа рассмотреть вопрос о прославлении о. Павла.

Сбор материалов шёл непросто. В то же время было известно, что ещё в 1981 году о. Павел с чадами был прославлен Русской Православной Церковью Заграницей в Соборе новомучеников и исповедников Российских.

Г.Р.Руденко и А.С.Филиппова
Выступает генеральный директор ЕГМЗ Г.Руденко Фото Л.Пахомовой

Г.Р.Руденко и А.С.Филиппова

1 июня 2007 года на сайте Казанской духовной семинарии появилось следующее сообщение: «17 мая этого года состоялось подписание Акта о каноническом общении между Русской Православной Церковью (РПЦ) и Русской Православной Церковью Заграницей (РПЦЗ). Благодаря этому важнейшему событию стало возможным признание и включение в месяцеслов Казанской епархии святых новомучеников, пострадавших в Казанском крае в годы гонений безбожной советской власти и канонизированных РПЦЗ в 1981 году, но которые ещё не были прославлены Русской Православной Церковью».

После того, как в конце 20-х годов Анна Аркадьевна Дернова с дочерью Варварой и сыном Сергеем переехали в Ленинград, никто из родственников не был в Елабуге. И только в 2008 году по приглашению Елабужского государственного музея–заповедника в городе впервые побывала внучка о. Павла Анна Сергеевна Филиппова. Она приехала в надежде отыскать на разорённом Троицком кладбище могилу родных. И ей, действительно, указали место захоронения, на которое несколько верующих женщин приходили молиться. Однако позднее выяснилось, что могила новомучеников находится не там.

В семейном архиве жившей с дочерьми в Алма–Ате В.П.Дерновой удалось отыскать её переписку с неким Иваном Кощеевым. Его юность прошла в Елабуге, откуда он впоследствии уехал в Москву. Но о родине всегда скучал и постоянно приезжал в Елабугу. Он то и прислал Варваре Павловне схему расположения могилы, где ориентиром служил вход в некогда самую красивую, но разрушенную Троицкую церковь. Установить место захоронения помогли сотрудники музея–заповедника.

В очередной приезд в августе этого года Анна Сергеевна заказала надгробный памятник, а через месяц вновь приехала на его открытие. Символично, что этот день, 30 сентября, совпал с днём памяти Веры, Надежды, Любови и матери их Софии, а также с попразднеством Воздвижения Креста Господня.

Возложение цветов на могилу новомучеников
Возложение цветов на могилу новомучеников Фото Л.Пахомовой

Возложение цветов

На открытие надгробного памятника приехали из Вятки А.В.Маркелов и настоятель Свято–Троицкого собора г.Уржума священник Андрей (Лебедев), пришли прихожане елабужских храмов, сотрудники музея–заповедника во главе с генеральным директором Г.Р.Руденко. Выступая перед собравшимися, Гульзада Ракиповна назвала знаменательное событие продолжением долгого пути покаяния. Она рассказала о том, как усилиями сотрудников музея–заповедника и городских властей удалось установить ограждение вокруг сохранившейся части кладбища, не затронутой современной застройкой; расчистить руины Троицкой церкви, над которой долгие годы возвышался земляной холм; установить и разложить найденные в самых разных местах надгробные памятники и плиты. На Троицком кладбище, сказала она, захоронены целые купеческие династии, чьими стараниями созидались архитектурные красоты Елабуги, возводились храмы и многочисленные учебные заведения.

Низкий поклон за память от всех потомков Дерновых — внуков, правнуков и праправнуков — передала Анна Сергеевна Филиппова. Со словами особой благодарности она обратилась к сотрудникам музея–заповедника, сказав, что без их помощи, сочувствия и поддержки они ничего не смогли бы сделать.

— Отец Павел Дернов служил в вашем городе всю жизнь, — рассказал А.В.Маркелов. — Казалось бы, внешне это был достаточно простой священник. В отличие от своего старшего брата Александра Дернова, который являлся настоятелем Петропавловского собора в Санкт–Петербурге, протопресвитером придворного духовенства, членом Священного Синода. Но именно отцу Павлу и его сыновьям суждено было совершить этот духовный подвиг, который и для нас может служить примером того, как нужно жить и умирать.

Под молитвенные песнопения настоятель елабужского прихода во имя Святой Троицы о. Геннадий (Колесников) совершил заупокойную литию по новомученикам о. Павлу, Борису, Григорию и Симеону. К надгробному камню были возложены живые цветы.

А.С.Филиппова и А.В.Маркелов
А.С.Филиппова и А.В.Маркелов на заседании Елабужского краеведческого центра Фото Л.Пахомовой

А.С.Филиппова и А.В.Маркелов

В тот же вечер в здании бывшей женской гимназии, где о. Павел много лет был законоучителем и настоятелем Рождественско-Богородицкой церкви, на заседании Елабужского краеведческого центра, прошла встреча с А.С.Филипповой и А.В.Маркеловым. В числе других на нём присутствовали студенты исторического факультета педагогического университета. Многим из них впервые довелось услышать историю семьи Дерновых. А.В.Маркелов рассказал о работе над изданием «Первые новомученики Вятской земли». Он поддержал намерение Елабужского музея–заповедника опубликовать воспоминания В.П.Дерновой и другие материалы, раскрывающие личность о. Павла, обстоятельства гибели священномученика и его сыновей. А.С.Филиппова поделилась воспоминаниями о своей бабушке Анне Аркадьевне и тёте Варваре Павловне Дерновых, рассказала, как было найдено захоронение, показала фотографии из семейного альбома, многие из которых были сделаны в дореволюционной Елабуге.

Священник о. Андрей (Лебедев) настоятельно посоветовал местным краеведам и студентам продолжить изучение жизни и деятельности о. Павла Дернова, который был не только истинным пастырем, но и замечательным семьянином, педагогом, писателем, историком, общественным деятелем и врачом-гомеопатом.

Есть события, чьи значение и смысл осознаются не сразу, а становятся понятными только со временем. Елабуга открыла и заново обрела для себя сразу четверых замечательных граждан, подвижников веры и совести. Может быть, именно поэтому 30 сентября хочется назвать днём духовного обретения городом своих новомучеников. Поминая на богослужениях о. Павла Дернова, архиепископ Казанский и Татарстанский Анастасий называет его Павлом Елабужским. А в двух местных храмах уже есть его иконы.


в начало


Наверх страницы На главную Написать письмоПосетителям сайта: информация и помощь Вниз страницы