Министерство культуры Республики Татарстан

Контакты •  Карта сайта •  Гостевая книга •  Поиск по сайту •  Ссылки

Офис Елабужского государственного музея-заповедника
Елабужское (Чёртово городище)

ГлавнаяКраеведческий комплексНовый взгляд на легенды Елабуги

Краеведческий комплекс

04.06.2015

Новый взгляд на легенды Елабуги

Наталья Берестова научный сотрудник Информационного центра ЕГМЗ

Елабужская земля хранит множество преданий, которые привлекают нескончаемый поток туристов. Одни из самых интересных легенд связаны с Елабужским (Чёртовым) городищем. Есть ли у них историческое обоснование, и какое именно, историки спорят до сих пор.


Елабужское городище
Елабужское городище Фото Н.Берестовой

Елабужское городище

В этой статье вы найдёте выдержки из теории кандидата исторических наук, доцента Елабужского института КФУ и руководителя Елабужской археологической экспедиции Альберта Зуфаровича Нигамаева. Начав со времени возникновения болгарского поселения в наших краях, он даёт довольно логичное обоснование общепринятым и просто любимым многими преданиям.

Так, по мнению Альберта Зуфаровича, родина волжских болгар в первую очередь не Приазовье, а территория Хазарского каганата — именно там, на Северном Кавказе, жили барсилы, савиры-сувар, баранджары и родственные им племена. Только это и объясняет появление городов в Поволжье и Прикамье на 200 лет позже, чем на Дунае. Но приазовские народы тоже внесли свою лепту, иначе здесь не находили бы созданную в причерноморской традиции керамику. Да и образ Шурале из татарской мифологии имеет явные параллели с эллинским божеством по имени Пан. Даже имя персонажа происходит от слова «шурляу», означающего сильный и необъяснимый, «панический», страх.

Всего заселение шло четырьмя волнами, считает Альберт Нигамаев. Последняя относится к концу X века, когда на Волгу и Каму пришли болгары, исповедовавшие ислам. Они принесли с собой развитую культуру и цивилизацию. Именно тогда на территории Елабужского городища появилась деревянная мечеть как символ победы ислама.

Однако возведена она была не на пустом месте, а там, где ранее находилось языческое капище финно-угров (ананьинская культура). От них нам и осталось название городища, до XVII века известное под названием не «Чёртово», а «Бёсово». Ведь у древних пермяков словом «бёс» называлось место моления (более подробную информацию можно найти в работах доктора исторических наук Н.И.Шутовой и кандидата исторических наук Т.К.Ютиной), причем елабужское «бёс» было довольно известным. И лишь позже какой-то не знакомый с языком переписчик на одной из карт переиначил наименование места.

В XII веке на месте деревянной здесь появилась каменная крепость-мечеть. Её остатки и сохранились до наших дней, а самые близкие аналоги имеются в Сусе (Тунис) и Багдаде. Такие комплексы называются рибатами, и тогда были центрами суфизма – основанных на исламе мистических представлений, как раз в это время получивших сильное распространение в Волжской Болгарии.

Каждый суфийский «орден» состоял из последователей, группировавшихся вокруг человека, способного «сознанием сливаться с Аллахом» и пророчествовать. Причём елабужский рибат, как и языческое святилище до него, был довольно известным духовным центром, о чём есть множество свидетельств. Отсюда и легенда о змее-оракуле и его жрецах, к которым отправила посольство Сююмбике. А ведь стоит вспомнить, что дракон-барадж и змей-джилан (зилант) — это ещё и тотемы болгарских племен. Известно также, что в 1551 году в крепости случился сильный пожар, из-за которого рухнула одна из стен – известняк не выдержал огня.

Альберт Зуфарович утверждает, что именно из-за трёхметрового слоя известняка, залегающего под тонким, не больше 80 см, слоем плодородной почвы, возникают сомнения в существовании на городище искусственных подземных ходов, которые якобы ведут с городища в разные стороны едва ли не за Каму. Прорубить такой «сэндвич» даже с современными орудиями довольно сложно, а в древности это был неподъёмный труд. Да и не нуждались в подземных ходах 20-30 воинов гарнизона болгарской крепости, а позже суфии и православные монахи. Тогда как естественные карстовые пустоты они могли использовать. Ведь известняк очень чувствителен к воде, под воздействием которой в нём могут образовываться карстовые пустоты — колодцы, провалы, даже пещеры. Они действительно тянутся порой на большие расстояния.

Что же касается названия нашего города, то здесь простора для толкований больше. Например, алабугой якобы называлась рыба окунь. В пользу этой версии говорят идентичные топонимы двух расположенных на востоке Челябинской области озёр и населённых пунктов на их берегах. Альберт Нигамаев исследовал эти местности и отметил, что они расположены на той же широте, что и Елабуга. Однако стоит вспомнить, что болгары и их потомки — казанские татары — никогда не давали названия городам в честь животных, кроме случаев, когда последние являлись тотемами. Да и неизвестно, как окунь именовался болгарами в X веке.

Второй перевод звучит как «злой бык» и имеет точную историческую основу. «Быками» (буга, бугай) сейчас в народе называют мощные опоры мостов, а в древности называли находившиеся в речном русле крупные камни или даже скальные массивы, частично или полностью скрытые водой и потому опасные для проходящих мимо судов. Это свойство (коварный, строящий козни, злой) хорошо переводится древнетюркским (и раннеболгарским) словом «ала».

Один такой ала буга, незатейливо названный Большим Быком, находился как раз недалеко от Елабужского городища, являлся остатком древней летне-зимней переправы через Каму и очень мешал плывшим по Каме кораблям. В первой половине XIX века его взорвали, чтобы устранить помеху для развития судоходства. А вот Малый Бык и по сей день находится напротив деревни Котловки.

Но существует также тюркское слово «бога» — «герой, богатырь». И фраза «злой богатырь» или «богатырь, строящий козни» создает явную отсылку к легенде о живших на Елабужском городище жрецах, монахах или даже разбойниках, которые за плату проводили купеческие суда мимо этого места.

Верной может оказаться и версия, учитывающая, что болгары, как и многие другие народы, часто называли свои города и крепости в честь их основателей, правителей и людей, каким-либо образом себя прославивших.

При этом у тюркоязычных народов, особенно алтайских, в древности встречались имена Кит-Буга, Акбуга, Арбуга, Исэнбуга и тому подобные. Часто упоминаются Албуга («стоящий или идущий впереди богатырь») и Алабуга («грозный богатырь»), в русских летописях превратившиеся в Олбуга и Олабуга.

Нашёлся ответ и на вопрос, как Алабуга стала Елабугой. Когда в 1780 году по указу Екатерины II село Трехсвятское получило статус уездного города Вятской губернии, его жители обратились с прошением к императрице и получили разрешение включить в название её личный вензель.

Закончить же статью хочется словами Альберта Зуфаровича: «Мы должны всем сердцем благодарить городского голову, купца Ивана Васильевича Шишкина, который сохранил нам последнюю башню городища, ведь это единственный в мире наземный памятник домонгольской болгарской архитектуры, остальные сохранились только в виде руин, и их приходится раскапывать археологам».


в начало


Наверх страницы На главную Написать письмоПосетителям сайта: информация и помощь Вниз страницы