Министерство культуры Республики Татарстан

Контакты •  Карта сайта •  Гостевая книга •  Поиск по сайту •  Ссылки

Офис Елабужского государственного музея-заповедника
И.Гафуров, С.Ансира, Г.Емельянов

ГлавнаяЛитературная премия им.М.Цветаевой«Поэт, которым дышу и живу»

Литературная премия имени Марины Цветаевой

12.10.2010

«Поэт, которым дышу и живу»

Ансира Сельма, переводчик произведений Марины Цветаевой на испанский язык, была в числе трёх лауреатов, награждённых во время V Международных Цветаевских чтений в Елабуге Литературной премией имени М. Цветаевой. В этом интервью она рассказывает о своей переводческой деятельности, которая началась более 30 лет назад.


— Сельма, когда вы впервые познакомились с творчеством Марины Цветаевой?

Сельма Ансира и Энок Сантьяго Дульче
Сельма Ансира и культурный атташе посольства Мексики в России Энок Сантьяго Дульче Фото Л.Пахомовой

Сельма Ансира и Энок Сантьяго Дульче

— Это произошло много лет тому назад, в конце семидесятых годов. Я была тогда студенткой филологического факультета МГУ. И ко мне попали в руки «Письма 1926 года» Рильке, Пастернака и Цветаевой. До этого я о Цветаевой ничего не слышала и не знала, что есть такой поэт. В те годы в университете мы её, конечно, не проходили. Я влюбилась в Цветаеву с первого же письма. А после того, как прочитала всю книгу, перестала спокойно жить. У меня возникла просто непреодолимая потребность поделиться этими письмами, этими образами со своими соотечественниками, которые не знают русского языка. Поэтому можно сказать, что я стала переводчицей благодаря Цветаевой. За эти годы моя влюбленность в поэта не прошла, она становится только нежнее, глубже и сильнее с каждым переводом.

— «Письма 1926 года» — это во всех отношениях очень сложная книга. И как вы рискнули за неё взяться?

— Меня уже не раз об этом спрашивали. И я всегда отвечаю, что это был такой шаг, на который, не знаю, решилась ли бы я сейчас со всем своим опытом. А в то время я вообще не знала, что такое перевод! Но тогда, поймите, я не могла по–другому, это было выше меня.

К большому моему счастью я постучала однажды в дверь к Евгению Борисовичу Пастернаку. Он тоже об этом помнит, и даже недавно рассказывал, как он открыл дверь и увидел молодую девушку с длинными–предлинными волосами, с чёрными–пречёрными глазами, которая сказала: «Я хочу переводить «Письма 1926 года», вы мне поможете?» В первые мгновения он просто окаменел, а потом ответил: «Конечно, помогу, проходите».

И я стала к нему ходить в течение многих–многих недель, месяцев. Он очень терпеливо со мной работал: объяснял, помогал разбирать тексты, растолковывал. И если перевод состоялся, то это благодаря ему.

Общение в перерыве
Общение в перерыве. Переводчики М.Цветаевой Фото Л.Пахомовой

Общение в перерыве

— Какой это был год, и когда книга была опубликована?

— Это был 1980 или 1981 год, а книга вышла в 1984 году.

— Сельма, на вас «претендуют» сразу две страны – Мексика и Испания. С чем это связано?

— Я родилась в Мексике, считаю себя мексиканкой и горжусь этим. Но уже 22 года живу в Барселоне в Испании. А работаю и для мексиканских, и для испанских издателей.

— Вы переводите только прозу Цветаевой или также стихи?

— Я перевела уже почти всю ее автобиографическую прозу и очерки о поэтах. А недавно попробовала стихи. Получилось это таким образом: у нас с певицей Леной Фроловой, которая исполняет много песен на стихи Марины Цветаевой, возникла идея подготовить совместную литературно–музыкальную программу. В ней я рассказываю о судьбе Цветаевой, используя её письма и дневники, а стихи звучат в песнях Лены Фроловой. Получается интересный диалог между прозой и поэзией. Такие выступления у нас прошли уже в Мексике и в разных городах Испании. Тогда–то и возникла мысль перевести эти 15 песенных стихов на испанский язык. Но в результате получилось не 15, а 46 стихотворений, которые я перевела совместно с одним из лучших мексиканских поэтов. Мне очень интересно было работать с ним над стихами — материалом совершенно иным, чем проза. Не буду загадывать, потому что я человек страсти и импульса, но если опять будет такой импульс, то я продолжу переводы стихов. Мне кажется, что именно с этим поэтом, ощущающим Цветаеву через меня, мы смогли дать словам, которые можно уподобить металлу, ту форму, какую нам хотелось. И, вполне возможно, последует продолжение.

Сельма Ансира и Елена Фролова
Сельма Ансира и Елена Фролова на пленарном заседании Цветаевских чтений Фото Л.Пахомовой

Сельма Ансира и Елена Фролова

— А есть ли кроме ваших переводов другие стихи Цветаевой на испанском языке?

— Да, два сборника, которые, к сожалению, переведены не поэтом. Они просто передают смысл, но это не поэзия.

— Всё ли, что вы переводите из Цветаевой, издается?

— Да, абсолютно всё. Было, конечно, время, когда мне приходилось постоянно уговаривать издателей, убеждать их в том, что Цветаева — потрясающий поэт. Но сейчас дорога проторена. Её открыли, о ней знают, рассуждают, то есть Цветаева уже живет в испанской культуре.

— Существует ли у вас какая–то другая связь с читателями кроме книг?

— Раньше ничего другого не было. А полтора года назад мы придумали с Леной Фроловой этот проект. Он даёт возможность приблизить испанского зрителя, испанского читателя к поэту, который не так хорошо известен широкой публике. И я не раз убеждалась, что те слова Цветаевой, те потрясающие строки, которые звучат со сцены, действительно, доходят до сердца, до души человека. Обычно после нашего выступления люди выходят и покупают её книги.

— Скажите, сложно переводить Цветаеву?

— Очень. Но я всегда при этом помню её слова о том, что непереводимых текстов не существует. Всякое поэтическое творчество — это уже перевод: с внутреннего на внешнее, с духовного — на материальное. А если возможен такой перевод, то как не возможен другой — с одной системы знаков (языка) на иную. Для меня перевод каждого нового произведения Цветаевой — это целое событие. Искать в них дух, слова, музыку и переводить Цветаеву так, как она переводила с испанского Лорку, с немецкого Рильке — вот то, к чему я стремлюсь.

— На сколько языков мира переведена Цветаева?

— Не могу ответить точно. Думаю, что на все главные языки. И, безусловно, — на все европейские.

— Сельма, что побуждает вас брать на себя такую большую нагрузку и собирать по всему свету переводчиков, чтобы привести их, к примеру, сюда, в Елабугу, на V Цветаевские чтения?

— Это, действительно, отнимает много времени. Нужно не только их найти, но и проверить уровень перевода. Потому что я же не буду приглашать каждого, кто переводит Цветаеву. Их много, но не все переводы удачные и достойные. Это, в самом деле, работа. Но я знаю, что мы дарим друг другу, когда находимся вместе. Мы словно заряжаем свою внутреннюю батарейку для дальнейшей работы. Нам приходится переводить произведения писателей, которых уже нет в живых. Каждый из нас работает в своем кабинете: со словарями, текстами, может быть, какими–то исследованиями. Но нет живого общения. А когда мы собираемся — переводчики на финский, итальянский, французский, испанский, хинди, японский, китайский и другие языки, — то это общение, обсуждение схожих проблем и удачных опытов перевода нам так много дает, что вся подготовительная работа не кажется мне нагрузкой. Вот и в этот раз я думала: «Боже мой, будет эта встреча, какое счастье!»

Прогулка по Елабуге
Прогулка по Елабуге Фото Л.Пахомовой

Прогулка по Елабуге

Уже на протяжении пяти лет мы собираемся каждое лето на 3–4 дня в Ясной Поляне на семинар переводчиков. Вначале идея его проведения была связана с переводом произведений Толстого. Но потом мы расширили тематику и приглашаем переводчиков русской классической литературы. Мы работаем с 9 утра до 7 вечера, и после таких семинаров возникает чувство, что заново начинаешь жить и работать.

Елабуга так гостеприимна, что слава об этом идет уже по всему миру. И моя мечта — собрать здесь переводчиков Цветаевой. Это было бы здорово. Вы бы нам помогли, а мы, в свою очередь, очень многое сделали бы для Цветаевой.

— Какие чувства испытываете вы после получения Литературной премии?

— Сердечную благодарность за то, что отметили мою работу и дали мне премию, носящую имя поэта, которого я люблю, которым дышу и живу уже больше 30 лет.


Интервью подготовила Людмила Пахомова


Ссылки по теме:

Selma Ancira awarded Tsetaeva's Medal
Сельма Ансира награждена Цветаевской премией


в начало


Наверх страницы На главную Написать письмоПосетителям сайта: информация и помощь Вниз страницы