Министерство культуры Республики Татарстан

Контакты •  Карта сайта •  Гостевая книга •  Поиск по сайту •  Ссылки

Офис Елабужского государственного музея-заповедника
Диана Кан

ГлавнаяБиблиотека Серебряного векаОт сердца к сердцу

Библиотека Серебряного века

Год культуры в Российской Федерации
Год культуры в Республике Татарстан
25 лет Елабужскому государственному музею-заповеднику

09.06.2014

От сердца к сердцу

Диана Кан, поэтесса

Диана Кан в Библиотеке Серебряного века
Фото Л.Пахомовой

Проект с таким названием возник и осуществляется во многом на соединении–стыке. В географическом отношении — в месте слияния-соединения с полноводной Камой двух её притоков — Мелекески и Челнинки. Региональной «столицей» проекта стал город Набережные Челны. На личностном «стыке», который стал также стыком идейно-организационным, председателя общественной организации «Челнинское землячество» Альберта Николаевича Петрова, председателя общественной организации «Набережночелнинское русское общество» Анатолия Николаевича Рябова, ректора Набережночелнинского государственного торгово-технологического института Виктора Семёновича Суворова, председателя Попечительского Совета Русской Православной церкви в Набережных Челнах Александра Николаевича Бабаева. Ну а в жанровом отношении проект развивается на «стыке-стрелке» музыки и поэзии. То есть, призван объединять в единое культурное пространство поэтов, музыкантов, ну и, разумеется, читателей-зрителей. А инициаторами проекта выступили главный редактор журнала «Аргамак. Татарстан», известный поэт, журналист и издатель Николай Петрович Алешков, которого активно поддержал замечательный музыкант, руководитель ансамбля народных инструментов «Наигрыш» Николай Прокопьевич Фёдоров со своими талантливыми музыкантами-коллегами. Таланту и профессионализму музыкантов «Наигрыша» подвластны народная музыка, отечественная и зарубежная классика, джаз и всё-всё, что только может звучать музыкой. Не откажу себе в удовольствии назвать имена этих музыкантов — Евгения Малышева (домра), Наталья Исаева (балалайка), Резеда Галина (домра), Виктор Спиридонов (балалайка–контрабас), Олег Емалтынов (концертмейстер ансамбля, баян) и замечательные солисты Сергей Бабич и Ольга Лахнова. И, конечно, ведущая вечеров — Эльвира Фёдорова… Николай Петрович Алешков выступает с ними уже давно. И я присоединюсь к его мнению, что с такими музыкантами работать на сцене не только интересно и приятно, но и ответственно. Надо выдерживать уровень. Но в том-то и радость работы с профессионалами, что ты не устаёшь в процессе этой работы, а даже напротив — подзаряжаешься позитивной творческой энергетикой и узнаёшь что-то новое и интересное для себя.

Кстати, об Энергетике. Я не случайно написала это слово с большой буквы, ибо это большой Дворец культуры в Набережных Челнах, где прошёл наш совместный, в рамках проекта «От сердца к сердцу», творческий вечер. Спасибо заместителю директора Гальзаде Мухаметовне Рзаевой за тёплый радушный приём. Ухоженность ДК «Энергетик» словно опровергает расхожий постулат о том, что культура у нас финансируется по остаточному принципу. Хотя понятно, что достойно содержать большое учреждение культуры в условиях рыночной экономики для руководства учреждения весьма непросто!

Но вернусь, собственно, к музыке. Точнее к тому уроку, который сами того не желая преподали мне музыканты. Когда до начала нашего выступления перед студентами Елабужского филиала Приволжского федерального университета сотрудница Елабужского музея провела меня за сцену и, откинув занавес, показала чудесный мраморный иконостас, сохранившийся в этом старинном особняке от домовой церкви купцов Стахеевых, я буквально обомлела. От такой мраморной красоты! Тогда-то и вспомнила афоризм: «Любите живопись, поэты!» Но в это время музыканты «Наигрыша» стали настраивать инструменты, репетировать перед концертом. И тут вдруг великолепная акустика дала о себе знать. Звуки завибрировали, вошли в гармоничный резонанс с залом. И я подумала в тот момент обычной, вроде бы, репетиции, что живопись — это прекрасно, а музыка никогда не обманывает — даже тех, кто не всегда способен её понять. Так мы порой заворожённо слушаем стихи великих поэтов на совершенно чужом и непонятном нам языке. Мы не понимаем ни слова, но сама музыка речи завораживает нас.

Во время всевозможных литературных профессиональных семинарских «разборок», в ходе которых порой автора так «разберут», что собрать обратно возможным не представляется, как самый последний аргумент (и в обвинении, и в защите автора) звучит постулат о звукоряде и аллитеративности поэзии. Немало литературного народа этот постулат, как последний аргумент, спас. Но немало и, чего греха таить, погубил. Ну это, когда поэта вошедшие в раж оппоненты вдруг обвинят в том, что он глухой, как сыч, и не слышит музыку слова. Я держусь того мнения, что лучший способ раскритиковать чью-то работу — самому сделать лучше. То есть показать, как будет лучше. Ну, к примеру, критикуем неточный эпитет. Можно долго высказывать автору претензии о его глухоте. Но куда как лучше подсказать автору то самое единственное нужное слово-эпитет. Вопрос: как узнать, что это именно то самое слово? Единственное и неповторимое. Теперь, после Елабуги, я точно знаю, как его отличить. Помните, как пушкинская Татьяна Ларина, увидев Евгения Онегина, «вся побледнела, запылала и в мыслях молвила: «Вот он!» Вот также побледнеть и запылать, узнав ТО ЕДИНСТВЕННОЕ СЛОВО, автору поможет музыка! Главный критерий, который подскажет, что это то, которое ты искал и нашёл — музыка. Когда найденное слово встанет рядом с другим и они вступят меж собой в музыкальный резонанс, зазвучат максимумом своих аллитераций, можете не сомневаться — это ОНО! Поскольку в данном контексте не только стало музыкой само, но и заставило зазвучать-запеть рядом стоящее слово. Этот урок я усвоила в Елабуге!

Ну а Елабуга, которую мне открыла директор Библиотеки серебряного века Венера Носырева и её помощники, заслуживает совершенно особого разговора. Покаюсь задним числом. Когда предложивший мне выступить с ним в проекте Николай Алешков сказал по телефону: «Диана, тебе надо обязательно познакомиться с Елабугой!», у меня защемило сердце. Чёрная слава цветаевской смерти ещё с юных лет у меня ассоциировалась с этим городом. «А что, уже пора?» — невесело пошутила я, но Николай Петрович очень серьёзно повторил: «Надо, не пожалеешь!» — «Как Цветаева не пожалела?» — чуть не съязвила я, но вовремя остановилась. И вот теперь, постфактум моего знакомства с Елабугой, хочу покаяться — и перед Алешковым, и перед замечательным городом. Личное знакомство с Елабугой буквально перевернуло моё к ней давнее настороженное отношение. А ведь куда как чаще бывает с точностью наоборот, согласитесь? Недавно моя знакомая, влюблённая с юности в Париж, побывала там и вернулась оттуда — полностью разочарованная — и Парижем, и парижанами, и теми однополыми парами, которые демонстративно целуются на улицах. На встречу с Парижем поехала влюблённая, а вернулась разочарованная. А я наоборот — ехала в Елабугу настороженная, а вернулась влюблённая!

Поначалу в этом материале я не хотела рассказывать о Елабуге. Несмотря на то большое впечатление, которое оставил у меня этот небольшой в географическом отношении, но такой огромный в культурно-историческом отношении город, не так давно отметивший своё тысячелетие. Было бы, согласитесь, забавно рассказывать челнинцам и елабужанам, да вообще — татарстанцам, которые являются читателями журнала «Аргамак», о Елабуге, историю которой они знают куда как получше меня. Но потом я подумала, что журнал «Аргамак. Татарстан» читают далеко за пределами Татарстана, и потому нелишне будет поделиться своими самыми яркими елабужскими впечатлениями. Ну и как поэтесса, начну с крылатых выражений, которые собираю по всей России.

Всем нам прекрасно знакомо общероссийское выражение «ходить под мухой». А вот то, что оно попервоначалу имело елабужскую «прописку», мало кто знает. И «муха» — не насекомое, муха — это рюмка. Не просто маленькая, а прямо-таки — махонькая, вместимостью не более 15 мл, не более столовой ложки. Сегодня елабужская «муха» — один из туристических «брендов» Елабуги. А туристов в Елабуге хватает! И настолько востребована «муха» туристами, что не всегда её купишь в сувенирной лавке. А вот увидеть «муху» можно в музее-театре «Трактир» Елабужского государственного музея-заповедника. История «мухи» обратно пропорциональна малой её вместимости, поскольку уходит корнями в далёкую эпоху, когда Пётр Первый, дабы привлечь посетителей в трактиры, повелел владельцам питейных заведений наливать первую рюмку посетителям бесплатно. Прагматичный царь-западник, видимо, принял во внимание известное присловье: дорога посетителю только первая рюмка, а последующие всё дешевле и дешевле. То есть все последующие рюмки и закуски посетители уже будут заказывать и оплачивать куда как с большей охотой, чтобы, говоря современным языком, «догнаться». Однако владельцы питейных заведений не уступали царю в прагматизме: дабы не разориться, изготовили рюмки максимально малого размера, которые в народе были прозваны «мухами». Как утверждают коренные елабужане, именно в Елабуге любители выпить, что говорится, на халяву, нашли способ целый день переходить из одного трактира в другой, где им в каждом трактире бесплатно наливали первую рюмку-«муху». С тех пор в Елабуге и появилось выражение «ходить под мухой», которое впоследствии распространилось на всю Россию.

Шутки шутками, но Елабуга — город серьёзный, если посмотреть именник людей, которые были к нему причастны! А ещё Елабуга — настоящая красавица, ставшая таковой на протяжении столетий стараниями русских зодчих по проектам лучших отечественных и итальянских архитекторов…. Улицы Елабуги помнят шаги не только великого пейзажиста Шишкина, но и его не менее известного в Елабуге отца, бывшего одним из градоначальников… Один из предков Шишкиных, священник Зотик, принял от Ивана Грозного дарёную икону Трёх Святителей. Другой отлил колокол для Спасского собора, увы, не сохранившийся. Трудами отца художника Шишкина и на его средства появился в Елабуге первый водопровод — даже в куда более столичной Казани такого не было: по деревянным трубам из долблёных лиственниц на расстояние в два километра побежала чистая родниковая вода. Этот исторический водопровод жив и в наши дни. На весь мир прославил фамилию Шишкиных и природу волжского края его сын Иван Иванович. В окрестностях Елабуги ещё, к счастью, сохранились места, где создавались шедевры шишкинского пейзажа.

Одна из исторических достопримечательностей Елабуги — Чёртово (оно же Елабужское) городище. Есть тут такая легенда: «Сватался к поповской дочери чёрт. Поп и отказать не хотел, и выдавать дочь за чёрта замуж не собирался. Вот и придумал: «Ты, мне, чёрт, за одну ночь церкву построй, вот тогда я за тебя дочь и выдам». Чёрт так обрадовался, что даже перестарался: заложил стены метра в полтора толщиной. Не подрассчитал силы и время — пропели петухи, чёрт сгинул, а недостроенная церковь осталась, как напоминание о любви чёрта к поповской дочери». С тех пор и стали звать это место Чёртовым городищем. Хотя есть у него и другое, более благозвучное название — Елабужское городище. В окрестностях до сих пор находят люди «чёртовы пальцы» — не то из камня, не то из кости, похожие на наконечники для стрел. В старину ими лечили раны: построгают «палец», присыплют крошками ранку, и она быстро затягивается.

Ещё говорят, что жили когда-то на том месте, где башня стоит, жрецы–прорицатели. Умели жрецы и грядущее видеть, и отводить суда от Камских подводных камней-быков. Отсюда будто и название города пошло — Ала-буга. Бык по-булгарски — «буга» (бугай — по-южнотатарски). Но и по-русски ведь диких быков называли «бугаями». И паслись они на «буге» — старинное русское название низменного берега, проросшего низкорослым кустарником… Некоторые считают, что название городу подарили речки, текущие по оврагам в самом городе — Ала и Буга. Местное татарское население связывает название города с небольшим озерком за Тоймой — Окунево (по-татарски «алабуга» — окунь). Такая вот загадочная Елабуга! Эти места помнят воинов персидского царя Дария, Александра Македонского, Тамерлана…

В 1552 году, после взятия Казани Иван Грозный прислал в дар «пригородку на Елабуге» икону Трёх Святителей. С тех пор крепость и окружавшие её села в устье реки Тоймы получили название Трёхсвятского. Мимо Троицкого монастыря проплывали струги Ермака. Хлебом и солью встретили завоевателей Сибири монахи. Летом 1774 года здесь появились пугачёвцы. Говорят, Емельян Пугачёв на подступах к крепости вынес непокорной Елабуге жестокий приговор. Но вдруг заболел, а потом и того пуще — ослеп от иконы, которую вместе с хлебом-солью вынесли ему навстречу именитые горожане. После молитвы, которую сотворил Емельян Пугачёв, он, правда, прозрел. Однако почёл за благо не обижать Елабугу и елабужан…

В 1781 году «жалованная грамота» государыни подарила городу герб. На верхней части его изображение герба Вятского наместничества, к которому относилась Елабуга. «В золотом поле из облака выходящая рука, держащая натянутый лук со стрелой, а над ней в верхней части щита крест красный». На нижней части собственно эмблема Елабуги — «на серебряном поле сидящий на пне дятел, долбящий оный, ибо там множество сего рода птиц...»

По елабужским улочкам ходила знаменитая «кавалерист-девица» Надежда Андреевна Дурова, художники братья Верещагины. Здесь же спешил на лекции в реальное училище Дмитрий Менделеев. Помнят улочки Елабуги шаги Владимира Галактионовича Короленко, Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина, Алексея Николаевича Толстого, юного учёного Владимира Бехтерева... По этим же улицам прошла свой последний путь великая русская поэтесса Марина Цветаева...

Появление в Елабуге кавалерист-девицы Надежды Дуровой было, конечно, нерядовым событием! Она носила гусарский мундир и любила верховые прогулки. Очень скоро стало известно, что это та самая героическая женщина, которая, переодевшись в мужское платье, сражалась за Отечество с французами, была ординарцем любимого в народе полководца Кутузова, и получила орден Святого Георгия за воинскую доблесть и отвагу из рук самого Государя. В Елабуге Надежда Дурова (она же поручик Александров) написала «Записки кавалерист-девицы», которые высоко оценил сам Пушкин, с которым она состояла в переписке. Надежда Дурова прожила в Елабуге до самой смерти в 83 года…

Елабуга известна ещё и в связи с другой выдающейся женщиной России. Именно здесь 19-20 августа 1941 года закрылась последняя трагическая страница в жизни великой русской поэтессы Марины Цветаевой, эвакуированной в Елабугу. В доме № 20 по улице Жданова (теперь этой улице возвращено историческое название Малой Покровской) после 13 дней пребывания в Елабуге в эвакуации и после безуспешных попыток найти работу Марина Ивановна покончила с собой. Здесь, на городском кладбище она и была похоронена. В 1970 году Союз писателей Татарии поставил памятник. Память о прекрасной русской поэтессе бережно чтут в Елабуге, где есть Дом памяти Цветаевой, Литературный музей Цветаевой и Библиотека Серебряного века, как бы негласно осенённая именем поэтессы. А площадь, на которой недавно установлен в полуротонде красивый бронзовый памятник Марине Ивановне, елабужская молодёжь называет «цветаевкой». На этой площади вечерами молодые елабужане обыкновенно назначают друг другу свидания. А где свидание, там и цветы. Стихи Цветаевой живут, молодые елабужане и гости города собираются вкруг «цветаевского костра», чтобы почтить память поэтессы. В сентябрьские дни нынешнего года Елабуга (а именно государственный музей-заповедник) уже в седьмой раз приглашает гостей на международную цветаевскую конференцию. Жизнь продолжается...

Если судьба подарит вам свидание с красавицей-Елабугой, помимо рюмки-«мухи» купите ещё и фирменный елабужский пряник — не пожалеете!


в начало


Наверх страницы На главную Написать письмоПосетителям сайта: информация и помощь Вниз страницы