Министерство культуры Республики Татарстан

Контакты •  Карта сайта •  Гостевая книга •  Поиск по сайту •  Ссылки

Офис Елабужского государственного музея-заповедника
Евгений Поспелов

ГлавнаяБиблиотека Серебряного векаСобираются в книги стихи

Библиотека Серебряного века

31.03.2015

Собираются в книги стихи

Людмила Пахомова журналист ЕГМЗ

Пять лет в Библиотеке Серебряного века Елабужского государственного музея–заповедника Евгений Поспелов не читал своих стихов. С той самой поры, когда здесь прошёл творческий вечер, посвящённый его 60-летию, на котором была презентация его второго поэтического сборника «Крылатый ковчег» и открытие первой персональной фотовыставки.


Юбилейный вечер Евгения Поспелова в 2010 году
Юбилейный вечер Евгения Поспелова в 2010 году Фото Л.Пахомовой

Юбилейный вечер Евгения Поспелова в 2010 году

Было на том вечере довольно многолюдно, пришли многие сотрудники музея–заповедника во главе с генеральным директором Г.Р.Руденко, поскольку эта встреча была в какой-то мере прощальной. Евгений Поспелов, достигший пенсионного возраста, сказал, что работать больше не собирается. Весь коллектив по этому поводу сильно сожалел. И, действительно, с его уходом в «укреплениях» музея-заповедника образовывалась основательная брешь. Ведь Евгений был востребован буквально каждый день: он фотографировал, готовил к печати электронные варианты афиш, пригласительных билетов, буклетов, баннеров, книг. К тому же было известно, что пенсия у Евгения просто мизерная. Его уговаривали остаться или отдохнуть какое-то время, а затем вернуться. И, действительно, ждали...

А он, освободившись от необходимости ежедневно ходить на работу, с головой погрузился... в работу, но свою — творческую. В том же 2010 году за поэтический сборник «Крылатый ковчег» ему была присуждена Литературная премия имени Марины Цветаевой.

Евгений Поспелов после вручения Литературной премии имени М.Цветаевой
Евгений Поспелов после вручения Литературной премии имени М.Цветаевой Фото Л.Пахомовой

Евгений Поспелов после вручения Литературной премии имени М.Цветаевой

Прошло пять лет и Евгений Поспелов, отметивший 65-летие, был вновь приглашён в Библиотеку Серебряного века. В одной из витрин можно было увидеть два его сборника, а рядом — горку пепла с указанием того, что это пепел от 500 его стихов.

      Я жёг слова, не ставшие стихами,
      Верней, стихи, погибшие от слов.
      Они горели, кровью истекая,
      И покидали тесноту листов...

Вот так Евгений Поспелов поступил когда-то с собственными сочинениями, которые счёл безнадёжными. Есть у него ещё и другая категория стихов, почти всех, которые он относит к несовершенным. Их он может редактировать по нескольку раз, добиваясь чёткости ритма, рифмы и мысли. Собственно, этим большей частью и занимался Евгений в минувшие пять лет, разбирая скопившиеся поэтические запасы, продолжая когда-то начатые поэмы. Что же в результате получилось — об этом чуть позже.

Звучат стихи из сборника «Вполголоса»
Звучат стихи из сборника «Вполголоса» Фото Л.Пахомовой

Звучат стихи из сборника «Вполголоса»

Его творческий вечер начался необычно. Всех пригласили подойти к столам и попросили соблюдать полную тишину. Последнее было не знаком вежливости, а просто необходимостью, потому что те, кто сидел за столами, стали очень тихо читать стихи Евгения Поспелова «Светлячок», «Живу тобой...», «Во мне и вне меня царит разлад...», «Я вины своей не отрицаю...», «Я Бога звал. И сон пришёл тишайший...», «Когда-нибудь и я тебя прощу...», «Не память у меня, а пыльный склад!..», «Любовь даётся не в награду...»

      Любовь даётся... нет! — поётся,
      Когда душа полным-полна,
      Когда воды живой она
      Из родников родных напьётся.

Для тех, кто знаком с творчеством Е.Поспелова, такое тихое чтение загадки не составило. Оно явилось своеобразной иллюстрацией к первому его сборнику, который назывался «Вполголоса».

На вернисаже
На вернисаже Фото Л.Пахомовой

На вернисаже

Затем был устроен мини-вернисаж современной живописи, где впервые прозвучало слово «Монмартр», которое сыграло в жизни Е.Поспелова особую роль. Среди работ живописцев наших дней наибольшего внимания удостоилась репродукция картины, которой в своё время бурно восхищались в Париже. До тех пор, пока не раскрылась её тайна. Но на вечере с нею была связана интрига, задуманная заведующим библиотекой Андреем Ивановым, суть которой раскрылась позднее.

Ещё одной прелюдией к поэтическому вечеру стал просмотр на экране фотографий, позволивших познакомиться с родными и друзьями героя дня, увидеть его самого то маленьким белобрысым мальчуганом, то повзрослевшим юношей с длинными до плеч волосами, или почти таким, как сейчас, ибо последние годы, если не сказать десятилетия, мало что изменили в его внешности.

Всё это время Евгений Поспелов пребывал в одиночестве в каминном зале, который был не только украшен его фотографиями, но и подготовлен к гораздо большему, чем обычно, количеству публики.

Евгений Поспелов
Евгений Поспелов Фото Л.Пахомовой

Евгений Поспелов

Стоит сказать, что в отличие от многих поэтов, которые стремятся получить признание, стать победителями в литературных конкурсах, вступить в те или иные писательские союзы, Е.Поспелова никогда не привлекала к себе эта околотворческая суета. Денег на публикацию собственных книг у него не было. Зато рядом были люди, которым очень хотелось, чтобы у читателей появилась возможность познакомиться с поэзией талантливого автора. Первый сборник Евгения Поспелова — великолепно оформленный, с иллюстрациями елабужского художника Михаила Кузнецова, был выпущен в 2001 году на средства фонда «Рухият» ОАО «Татнефть». Второй увидел свет благодаря Елабужскому государственному музею-заповеднику, который к тому же и выдвинул «Крылатый ковчег» на соискание Литературной премии имени Марины Цветаевой. Кто явится следующим меценатом — об этом елабужский поэт как-то не задумывается.

      Собираются книги в стихи,
      Словно птицы в осенние стаи...

Так начинается одно из его стихотворений в самом первом сборнике. За последние пять лет стихи собрались ещё в три книги. Одна из них будет носить название «Белая сотня из бранных сонетов». Вот именно — «из бранных», а не «избранных». Почему так? Автор и сам не смог объяснить. Но, слушая и читая эти стихи, понимаешь, что, что есть в них, действительно, что-то от «брани», причём в двух смыслах — как ругани, так и битвы, борьбы. А в целом это поэзия философского характера: о жизни и смерти, о добре и зле, о правде и лжи, о Боге и человеке, о грехах и воздаянии, о творчестве и любви...

      Бог милостив ко мне. Я жив и цел.
      Как стихоплёту, мне перепадало
      Любить и понимать — не так уж мало
      Со смыслом в слове жить и на лице!..

      Мне дела нет до лозунгов и цен.
      Во-первых, так политика достала,
      Что хочется укрыться за Уралом
      И погрузиться в беспросветный дзэн!

      И, во-вторых. Я не хочу платить
      За пустоту. Я не хочу плодить
      Идеи хромоногие и басни.

      От длинного рубля я убегал —
      В луга, где ничего не покупал.
      Там был заказник мой, и мой запасник...

Начало некоторым из бранным сонетам было положено ещё в первой половине 80-х годов (некоторые из них уцелели, от других при редактировании не осталось, что называется, камня на камне). А во второй половине тех же 80-х стихи Евгения Поспелова начали нередко печатать в елабужской газете «Новая Кама». Правда, для читателей их автором был Евгений Венц. Такой необычный псевдоним он выбрал себе, перепутав однажды в разговоре с этнической немкой два слова, назвав вместо «фенц» — «венц». Девушка поправила его и, засмущавшись, сказала, что «венц» в переводе с немецкого означает живот беременной женщины. «Вот это псевдоним!» — подумал про себя Евгений и с той поры стал подписывать свои стихи такой фамилией.

На творческом вечере Евгения Поспелова
На творческом вечере Евгения Поспелова Фото Л.Пахомовой

На творческом вечере Евгения Поспелова

А в «Новой Каме» он появился с лёгкой руки Марьям Лариной — журналистки, приехавшей в город в начале строительства (к счастью, не осуществившегося) тракторного гиганта. Хотел того Евгений или нет, но она вытягивала из него для публикаций всё новые и новые стихи, восхищалась ими сама и неизменно увеличивала число других почитателей.

Именно в этой газете, которая приходила тогда чуть ли не в каждую елабужскую семью, прочитала их Наталья Александровна Вердеревская, признанный литературовед, поэтесса. То, что знакомый ей Евгений Поспелов и есть тот самый талантливый, но загадочный Венц, она узнала на одном из первых заседаний существовавшего в Елабуге несколько лет литературного объединения «Творяне». «Женя, это вы?!» — сказала она тогда, изумлённо глядя на него.

На нынешний творческий вечер Наталья Александровна принесла номер «Новой Камы» 15-летней давности с небольшой собственной статьёй о его творчестве, которая была зачитана вслух. Наталья Александровна не стала сочинять что-то новое, потому что уже тогда высказала свою главную мысль: «...речь идёт о поэте. Мне думается, он единственный среди нас елабужан, пишущих стихи, достоин этого высокого слова».

Сценка в редакции газеты
Сценка в редакции газеты Фото Л.Пахомовой

Сценка в редакции газеты

Марьям Ларину, живущую сейчас в Казани, в тот вечер тоже вспоминали. Сотрудники библиотеки даже разыграли сценку, действие которой происходило с её участием в редакции газеты. Было также прочитано посвящённое ей стихотворение Евгения Поспелова.

      Слыву заоблачным анахоретом,
      А боль земна и низменна, как хворь.
      О, знали б те, что любят пируэты
      Словесности изящной, каково
      Возненавидеть мох стихотворенья
      И полюбить безумия цветы,
      И вдруг понять, что только их смешенье
      И порождает чудные плоды.
      Что бездна боли измерима формой,
      Что форма — преступление пред ней...
      О, знали б те, кто книжкой душу кормит,
      Что нет работы слаще и грешней!

Но вернёмся к Монмартру, о котором в каминном зале вновь заговорил Андрей Иванов, демонстрируя загадочную репродукцию парижской картины с названием «И закатилось солнце над Адриатикой». «Крупнейшие искусствоведы были обескуражены, — сказал он, — когда узнали, что это полотно, которое вызывало бурю восторгов, было нарисовано ослом. К его хвосту привязали кисть, а рядом поставили холст и тазики с краской. Осла кормили печеньем, он от удовольствия помахивал хвостом и таким образом размазывал краску по холсту. Художник, который провёл эту авантюру, встретил только одного человека, не купившегося на его обман. Это был Аполлинер».

На творческом вечере Евгения Поспелова
На творческом вечере Евгения Поспелова Фото Л.Пахомовой

На творческом вечере Евгения Поспелова

А причём тут Евгений Поспелов? — спросите вы. А при том, что в 70-е годы в Елабуге появилось небольшое сообщество молодых творческих людей с самоназванием «Монмартр». Собирались они обычно в старинном доме дореволюционной постройки на квартире у Евгения Поспелова, где он жил со своей мамой Зинаидой Петровной, известным в городе библиотекарем, и братом Сергеем. В стране был расцвет застоя, а на елабужском Монмартре слушали зарубежный рок и джаз, рассматривали авангардные картины художников из восточной Европы, публиковавшиеся в журналах по искусству из стран социалистического лагеря (благо на них тогда можно было подписаться в обычной Союзпечати), обсуждали фильмы, поэзию и прозу, собственные литературные сочинения и картины.

Вспоминая на творческом вечере Е.Поспелова те далёкие годы, Эдуард Брусков прочитал небольшую лекцию о поэтах и прозаиках, имена которых чаще других звучали на монмартровских встречах и чьи стихи, по его словам, «не заучивались, они по капле слагались в душе». Это — Гийом Аполлинер, Циприан Норвид и Мигель де Унамуно.

Как признался Евгений Поспелов: «Аполлинер оказал на меня неожиданное влияние. Кто не знает этого поэта, как-нибудь посмотрите. Это, действительно, мощно. Он меня просто перевернул, честно говоря».

Выступает Эдуард Брусков
Выступает Эдуард Брусков Фото Л.Пахомовой

Выступает Эдуард Брусков

Монмартровское сообщество просуществовало не слишком долго, со временем почти все переженились, обзавелись детьми... Однако каждый вынес из этих встреч какой-то творческий импульс, не говоря уже о дружбе, которая связывает их всех свыше сорока лет. Но, безусловно, наибольшую приверженность к искусству и, в особенности, к поэзии, определившую всю его дальнейшую жизнь, сохранил Евгений Поспелов.

Кроме обычных стихов, как уже было сказано, он пишет поэмы, которые пока ещё нигде не публиковались. Одну из них, самую короткую, под названием «Осенние мысли. Поэма-призрак в девяти листах с последующим исчезновением» он прочитал на своём творческом вечере. Осень — любимое время года поэта. В мыслях, которые он ей посвятил, её характерные черты и образы переплетены с размышлениями о жизни и тлении. Короткие, рубленые строки, завораживающий ритм, исповедальная интонация — всё это захватывает с первых же строк.

      Осень, моя жена,
      Слышишь моё признанье? —
      Страсть твоя холодна,
      Пламенно бормотанье.

      Я в колдовстве твоём
      Знак отыскал знакомый:
      Заново над жнивьём
      Чудятся туч иконы...

      Мудрость твоя горька.
      Ты отрезвляешь тленьем:
      Так с птиц-эпох — века
      Падают опереньем.

      Мудрость твоя светла.
      Судеб круги — конечны:
      Сохнет Земли ветла,
      Зреет шиповник Млечный...

      Осень слепит глаза
      Золотом излияний...
      Снова душа, как сад,
      Перед зимой линяет...

      Время приходит петь
      Реквиемы, ноктюрны.
      Слов умирает медь
      Снов оживают струны...

      Чище любовных слов,
      Чутче любимой пальцев
      Звуки ночных шагов,
      Тающих в ритме вальса...

      Не покидай беда
      Тайных своих гнездилищ,
      Я б одолел тогда
      Муки любых чистилищ...

      Только до срока не
      Вычерни душу злобой –
      На золотом коне
      Дай доскакать до гроба!..

      Вновь, как ребром вопрос —
      Осень — жена моя ли?
      Так ли Всевышний прост?
      Те ли слова звучали?

      Тленью отдав поклон,
      В нём не ищу спасенья.
      Умер ли мир? — теплом
      Верую в Воскресенье...

      В чаяниях новичок,
      Я предпочёл прощанье.
      Заново начат счёт
      Песен и обещаний.

Поэт, это — какая-то вечная тайна. Не потому ли на творческом вечере Евгению Поспелову задавали так много вопросов. Даже те, кто, казалось бы, давно его знает. А ещё прозвучало немало поздравлений с 65-летием. В частности, от имени коллектива Елабужского государственного музея-заповедника его поздравила и вручила подарок заместитель генерального директора Танзиля Агишина. Оригинальный творческий подарок преподнесли сотрудники Музея истории города, директор которого Роза Ибрагимова перевела на татарский язык одно стихотворение. Его прочитала Равиля Брускова с пожеланием, чтобы стихи поэта звучали на всех языках мира.

Поздравление Танзили Агишиной
Поздравление Танзили Агишиной Фото Л.Пахомовой

Поздравление Танзили Агишиной

Вообще, кроме Евгения, его стихотворения читали почти все выступавшие. А Сергей Поспелов не раз брал в руки гитару, чтобы исполнить песни, музыку к которым он написал на стихи брата. Они звучали шуточно, романтично, а порой безысходно трагично.

      Собери мне в дорогу печали,
      В мешковину беду заверни.
      Пожелай, чтобы солнца не знали
      Горьких странствий бесцветные дни.

      Чтобы сон поутру провожая,
      Я дыхание зверя встречал,
      Чтоб косматая вьюга слепая
      Обнимала меня по ночам...

      Подари мне тоскливую ноту
      Волчьей песни в дремучем лесу,
      Ненавистную сердцу зевоту
      И скупую, как радость, слезу.

      Разругайся со мной, распрощайся,
      Оттолкни, нагруби, накричи,
      Собери мне в дорогу несчастья
      И зарой возвращенья ключи.

      А потом, не печалясь напрасно,
      Среди верных друзей и родни
      Ты отметь мой уход, словно праздник,
      И сначала, что можешь, начни.

      Я тебе подыграю — я сгину,
      Верь мне, наверняка, в этот раз.
      Одиночество выстрелом в спину
      Жирной точкой окончит рассказ.

На примере последнего стихотворения может быть понятнее всего будут слова Евгения о том, что «...тут за всё оплачено». «Я так давно пишу, — сказал он, — что, в принципе, могу сочинить любое стихотворение на любую тему. А зачем? Ведь оно будет подобным тому, как Ахматова написала когда-то стихи для Сталина. Когда их читаешь, то понимаешь: они не что плохие, они — никакие, там ничего нет, кроме рифмы и ритма. Поэтому, если есть вдохновение — пиши, если нет — молчи. Зачем писать формально? Это ни тебе самому не нужно и потом не будет нужно никому».

Евгений и Сергей Поспеловы
Евгений и Сергей Поспеловы Фото Л.Пахомовой

Евгений и Сергей Поспеловы

Евгений Поспелов сказал, что два его сборника вышли с интервалом примерно в 10 лет. И если в этом есть какая-то закономерность, то следующий можно ожидать в 2020 году. На что Андрей Иванов загадочно объявил, что это может произойти гораздо раньше.

Среди друзей и почитателей
Среди друзей и почитателей Фото Л.Пахомовой

Среди друзей и почитателей


в начало


Наверх страницы На главную Написать письмоПосетителям сайта: информация и помощь Вниз страницы