Министерство культуры Республики Татарстан

Контакты •  Карта сайта •  Гостевая книга •  Поиск по сайту •  Ссылки

Офис Елабужского государственного музея-заповедника
Поёт Елена Емалтынова

ГлавнаяБиблиотека Серебряного векаДорогой к свету

Библиотека Серебряного века

30.05.2015

Дорогой к свету

Людмила Пахомова журналист ЕГМЗ

      Мне рано подводить ещё итоги,
      но я скажу, не покривив душой,
      что самые желанные дороги —
      дороги, нас ведущие домой.

Николай Алешков
Николай Алешков Фото Л.Пахомовой

Николай Алешков

Так писал Николай Алешков в далёком 1972 году в стихотворении «На Родине». И вот пришло время подводить итоги. 26 июня челнинскому поэту исполняется 70 лет. В преддверии этого юбилея он задумал выпустить книгу избранных стихотворений и поэм и назвал её «Жизнь моя...». Увеличенного формата, добротно изданная, она вышла в Казани в Татарском книжном издательстве тиражом 2000 экземпляров, основная часть которого должна разойтись по библиотекам республики.

Первая презентация новой книги Николая Алешкова прошла в Библиотеке Серебряного века Елабужского государственного музея-заповедника. В ней нет плохих стихов, утверждает автор. А чтобы убедить в этом и себя, и слушателей он предложил на творческой встрече называть любую страницу и читал стихотворение, которое на неё выпадало. И, действительно, все они – «Тайна», «Встреча с другом», «Август в Лаишеве», «Нас не минула сия благодать...», «Óрган в Пицунде», «Первая любовь», «А страсть, я надеюсь, Всевышний простил...», «А за рекой на непаханом поле...», «Я тоскую по смерти, за гранью которой...», «Сбруя лентами вся разукрашена», «Любовь и страсть... как не пропасть...» — столь непохожие друг на друга, разделённые целыми десятилетиями, волнуют и трогают за душу, вызывают улыбку и влекут вслед за лирическим героем к раздумьям о жизни и вечности.

Судьба поэтов складывается по-разному. Некоторые вспыхнут, словно яркие звёзды, и погаснут, казалось бы, в самом расцвете лет и таланта. Николаю Алешкову суждена поэзия долгого дыхания, вобравшая в себя взлёты и падения; богатейшую гамму сердечных переживаний; мудрость, не заимствованную из чужого опыта, а обретённую в горниле страданий; веру в Бога, о которой он говорит открыто и искренне, впрочем, как и обо всём остальном.

На творческом вечере Николая Алешкова
На творческом вечере Николая Алешкова Фото Л.Пахомовой

На творческом вечере Николая Алешкова

По словам поэта, ему не раз приходилось слышать от рецензентов упрёки в излишней простоте языка и чрезмерной крестьянскости. «Ну а куда ты денешься, если корни такие? Все мы родом из детства», — говорит по этому поводу Николай Алешков.

Но, по правде сказать, его не упрекать, а благодарить надо за то, что он остался верен своей родословной и донёс до нас в своих стихах аромат деревенского просторечия; незатейливый, но будто живущей в наших генах быт деревенской избы с тёплой русской печью и полатями; поля, луга, реки и озёра, ещё не замутнённые великими стройками... В стихотворении, посвящённом Алексею Кознову, односельчанину, поэту, музыканту Николай Алешков пишет:

      Ты да я. Других не знаю.
      Из Орловки оба мы.
      Я стихи твои листаю:
      — Лёха, дай строку взаймы!
      — Самому строка сгодится.
      — Ну и ладно. Ну и пусть.
      Угораздило родиться
      нас в одном селе. Не трусь!
      Мы душой не обмельчали.
      Песней душу мне ошпарь!
      Пусть опять односельчане
      соберутся вкруг, как встарь:
      Разулаевка, Гвардейка,
      две Малышевки, Бугор.
      Браги песенной испей-ка,
      да не ткнись лицом в забор!
      Мы аукнемся с тобою
      и дуэтом пропоём:
      стала родина судьбою,
      и не зря мы тут живём.
      В нашей речи — говор речки,
      свист литовки по траве
      и гуденье русской печки,
      ветра шум в густой листве.
      Нам Рубцов, Есенин, Пушкин
      откликаются в веках.
      В нашей речи — дробь частушки,
      вдовий плач о мужиках...
      Нам нельзя забыть всё это,
      позабудем — грош цена
      всем признаниям поэта,
      коль Орловка не слышна.
      Мы в стихах заварим кашу —
      всем селом не расхлебать.
      За родную землю нашу
      наливай, ядрёна мать!

Ставшая частью Набережных Челнов Орловка продолжает и всегда будет жить в ностальгических стихах поэта. Это не только то место, где «...крестьянским ржаным замесом был я втянут в житейский круг», а нечто гораздо большее. Через родное село он сумел правдиво и образно показать уклад и образ жизни русских людей, который оставался неизменным на протяжении многих столетий. И, конечно же, разорение деревни не может не отзываться горечью как в сердце поэта, так и в его стихах:

      И я рванусь к тебе, былая Русь,
      всей памятью, всей болью, всей печалью...
                                                      (Романс)

В поэтическое повествование Николая Алешкова о родных местах постоянно вплетаются картины природы и особенно часто — пойменных лугов, где он подростком пас колхозных лошадей.

      Туман стелился — не увидишь дна.
      По брюхо в молоке бродили кони.
      И опускалась к нам на стог луна,
      и звёзды обжигали нам ладони.
                                    (Дальние луга)

      «Былое, — говорят, — не вороши...»
      Поэты могут
      вернуться в детство. Памятью души.
      Молитвой Богу.

      Луга, за Камой. Полночь. Блеск зарниц.
      И быль, и небыль!
      Над всей рекой отсутствие границ
      между зарёй и небом.

      На крыльях сна в ту ночь хочу вспорхнуть –
      там ангелы летали.
      И вспыхивал над миром Млечный Путь
      не для меня ли?

      Ведь помню, помню до сих пор не зря,
      как небо пело,
      как надо мной волшебная заря
      горела...
                                    (В ночном)

      Озёра плавятся в закате.
      И запах трав, и вкус ухи!
      Растут из этой благодати
      мои негромкие стихи...
                               (Наверно, я впадаю в детство...)

Говоря на творческой встрече о новой книге Николая Алешкова, литературовед Наталья Вердеревская, в частности, отметила, что в отличие от многих поэтов он буквально «... распахивает ворота своей личной жизни, своих отношений с людьми, своей любви к людям: к родным, друзьям, к отцу, матери, братьям и сёстрам. Мы знаем их всех по именам.

Такая обнажённость не просто внутренней жизни, а обнажённость восприятия мира очень редко встречается.

Кроме того, далеко не всегда сегодня привлекает внимание людей, которые пишут стихи, тема поэта и поэзии, а у Николая Петровича она была изначально».

На творческом вечере Николая Алешкова
На творческом вечере Николая Алешкова Фото Л.Пахомовой

На творческом вечере Николая Алешкова

Продолжая последнюю мысль Натальи Вердеревской, стоит сказать, что у Н.Алешкова много стихотворений, посвящённых поэтам. В их числе, конечно же, самым близким по духу — Сергею Есенину и Николаю Рубцову, а также — Николаю Перовскому, Вилю Мустафину, Владимиру Леушкину, Юрию Кузнецову, Николаю Беляеву, Инне Лимоновой, Владимиру Гофману и другим.

Тема поэта и поэзии, может быть, острее всего звучит в стихотворении «Лимит» с посвящением Николаю Перовскому:

      Сломан дом. И срублена берёзка —
      память невозвратных светлых дней.
      Хорошо, что есть на свете тёзка,
      чьи стихи всё ближе и нужней.
      Встретиться бы с ним да покалякать.
      Жаль, что врозь дороги пролегли.
      Кто же нас по всей России в слякоть
      гонит, отрывая от земли?
      «Широка страна моя родная...»
      Словно с горки катятся по ней,
      участи иной уже не зная,
      существа, лишённые корней...
      На какой-нибудь ударной стройке
      загляни, поэт, в любой барак:
      перегар процеживая стойкий,
      спит он, твой герой, Иван-дурак.
      Спят Илья, Добрыня и Алёша
      рядом у холодных батарей,
      позабыв о прошлом. Что за ноша
      подкосила трёх богатырей?
      Их теперь стихами не разбудишь.
      Сон между добром и злом глубок.
      Мучиться бессонницею будешь
      ты, поэт. Разматывай клубок
      собственной судьбы. Суровой нитью
      мы незримо связаны с тобой.
      Мы нашли друг друга по наитью —
      как нам не помериться судьбой!
      Оглянись: за нами миллионы
      по стране кочующих бродяг
      через все препоны, зоны, шмоны
      голосят из камер и общаг.
      Пасынки космического века:
      алкаши, лимитчики, бичи.
      Днём с огнём не сыщешь человека.
      Злись на них, ругайся и кричи!
      Только не суди. Мы им не судьи.
      Видишь, как, запутавшись впотьмах,
      эти переломанные судьбы
      возбуждают ненависть в умах...
      В сотый раз судьбу обманут карты.
      Сломан дом. Нигде приюта нет.
      Мы не судьи и не адвокаты.
      Брат для всех отверженных — поэт.
      К берегу, чьи контуры размыты,
      мы плывём. Небесный гром гремит.
      Вместе с вами дышим по лимиту.
      Ждём, когда он кончится, лимит.

Немало стихотворений Николая Алешкова предваряют эпиграфы с поэтическими строками самых разных авторов: Николая Клюева, Григория Поженяна, Александра Пушкина, Игоря Северянина, Михаила Лермонтова, Поля Элюара, Александра Блока, Германа Гессе, Николая Рубцова, Анны Ахматовой, Юрия Кузнецова, Иннокентия Анненского, Бориса Пастернака, Марины Цветаевой, Сергея Есенина и других. Это — не дань знаменитым собратьям по перу, а негасимый огонь вдохновения, когда от одной лишь искры-строки может возгореться пламя целого стихотворения. Вот только один характерный пример:

      
                                    Как я хочу, чтоб строчки эти
                                    Забыли, что они слова...
                                                           Владимир Соколов
      
      О как я выговариваю трудно
      своих стихов негромкие слова!
      Рождаются они на грани утра,
      как будто бы на грани волшебства.

      Но грянет свет. Я замолчу, печален.
      Я так хотел, наивный человек,
      чтобы стихи в природе зазвучали,
      как дерево, как облако, как снег...

«Я простой и понятный...» — написал Николай Алешков в одном из своих стихотворений. То же самое можно сказать и о его стихах, добавив лишь, что они кажутся созданными на одном дыхании. Между тем, это совершенно не так.

Николай Алешков
Николай Алешков Фото Л.Пахомовой

Николай Алешков

«Очень редко бывает, что стихотворение напишется сразу», — сказал поэт на презентации новой книги. И, приоткрывая перед слушателями завесу над святая святых – рождением стихов, продолжал: «Сначала появляется какое-то томление. Потом возникает какой-то звук — не звук — непонятно что. А вслед за тем рождается строчка. И ты должен её ухватить, удержать и, обязательно, записать, потому что если она улетит, то уже никогда не вернётся. Это — точно, проверено тысячу раз.

И ты не знаешь, где эта строчка окажется: в начале, в середине, в конце стихотворения или где-то ещё. Знаешь только, что должен её зафиксировать.

Иногда ты откладываешь её на час, на неделю, на месяц, на год. Главное — не бросать свои черновики. Потом, когда к ним возвращаешься, появляется новая мысль, новое озарение — стихотворение продолжилось и потекло».

      Жил я в столице, бродил я у моря.
      Радость искал, а тоску находил.
      Полною чашей и счастье, и горе,
      жажду любви утоляя, испил...
                        (А за рекой на непаханом поле...)

Любовная лирика — это особая статья в творчестве Николая Алешкова, который, по его собственному признанию, никогда не принадлежал к числу однолюбов. Более того, в нём удивительным и неведомым образом могли одновременно уживаться любовь-ностальгия к рано умершей жене, любовь-благодарность к следующей жене, заменившей младенцу-сыну родную мать, и любовь-страсть к третьей женщине.

      Я не ищу давно твои следы,
      в похожие не вглядываюсь лица.
      Мы путь прошли от счастья до беды.
      Прости, прощай! И перестань мне сниться!

      Но дольше жизни длится наш роман.
      Из мглы веков, из хмари заоконной,
      как будто сквозь чистилища туман, 
      твой лик проступит ангельский, иконный.

      Рванусь к тебе. «Огня, — кричу, — огня!»
      Я на пороге. Мир земной — чужбина...
      О, не молись, прошу я, за меня,
      за нашего молись с тобою сына!

Эту горестную утрату Николай Алешков переживал долго и мучительно. Его поэма «Две красные розы на белом снегу» с подзаголовком «Венок Светлане» помечена в новой книге 1994 – 2014 годами.

В то же время смерть очень близкого человека словно распахнула перед ним дверь в мир иной. И всё чаще с той поры его взор устремляется в небо:

      Ах, все мы скитальцы и все богомольцы,
      с надеждой и верой глядим в небеса,
      как будто бы слышим — меж звездных околиц
      родные зовут нас к себе голоса...
                        (Дорога, дорога... Берёзы да ёлки...)

Насколько легко и органично стихи Николая Алешкова ложатся на музыку очень разных авторов-исполнителей, можно было судить по выступлениям на творческом вечере Ольги Кузьмичевой-Дробышевской, Елены Емалтыновой и Рахима Гайсина. С щемящей печалью и внутренней страстью, с душевным надрывом и осознанием неизбежного одиночества, с сожалением о неразделённом чувстве и пронзительной исповедальностью звучали песни на такие стихотворения, как «Мне нравятся грустные лица...», «Женщине», «Романс», «Будь одинок и свободен, как море...», «Мне жаль», «Я тоже в демона играл»—

      Я тоже в демона играл,
      был молодым и одиноким,
      в себе старательно стирал
      грань между низким и высоким...

Последнее стихотворение лишь одно из многих, где явственно слышится покаянная интонация, знаменующая собой стремление освободиться от житейской нечистоты. Всем, кто хотя бы однажды прошёл через очистительное таинство исповеди, знакомо чувство мучительного стыда, который приходится преодолевать, когда признаёшься священнослужителю в содеянных грехах. А какое же мужество надо иметь поэту, чтобы сказать перед всем миром:

      Боже, прости, что пишу я пока ещё
      эти стихи.
      Был искушаемым. Был искушающим.
      Тяжки грехи.

      В дни осиянные, в дни окаянные
      мерю судьбой
      эти листочки — мои покаяния —
      перед Тобой.

К книге Николая Алешкова «Жизнь моя...» написал вступительную статью литературный критик Вячеслав Лютый. Он начинает её словами: «В последние десятилетия в русской литературе утвердился мотив возвращения. Как никогда прежде он силён и особенно отчётлив в сегодняшней поэзии». Ярким примером тому служит творчество Николая Алешкова. Куда же и откуда он постоянно возвращается в своём поэтическом пространстве? Первым и во многом определяющим в его судьбе было возвращение в родные места из столицы, наиболее ярко описанное в поэме «Орловское кольцо».

Поёт Ольга Кузьмичева-Дробышевская
Поёт Ольга Кузьмичева-Дробышевская Фото Л.Пахомовой

Поёт Ольга Кузьмичева-Дробышевская

Следующее возвращение связано с памятью сердца, для которой не существует никаких границ. Она воскрешает в душе образы родных, друзей, любимых, события разных лет и нередко уводит поэта в далёкое послевоенное детство.

      Над тесовою крышей
     пели ветры в трубе.
     Сын Петра и Мариши,
     я родился в избе.
     Ветры весело пели
     и качали звезду
     над моей колыбелью
     в сорок пятом году.
     И салюта зарницы,
     что зажглись над Москвой,
     расцвели, как жар-птицы,
     над моей головой.
     Чуть подрос — засверкали
     на груди сорванца
     боевые медали
     с гимнастёрки отца.
     — Батя, вспомни!
     — Не надо...
     Был отец молодым.
     Из блокадного ада
     возвратился седым.
     Всё, что в детстве случилось,
     я запомню навек...
     В нашем классе училось
     только семь человек.
     Подсекали мы ловко
     пескарей на реке.
     Нас растила Орловка
     на парном молоке.
     Деревенские вдовы,
     как пригоним коров,
     скажут, потчуя вдоволь:
     — Будь, сыночек, здоров!
     Вытрут влажные веки
     уголками платка.
     Не забуду вовеки
     вкус того молока!
     Нас всем миром растили,
     пересилив беду.
     Я родился в России
     в сорок пятом году.
                    (Год рождения)

И, наконец, последнее возвращение, которое ещё только предстоит, но с каждым годом становится всё ближе, давая знать о себе рождением новых стихов:

      И до горизонта — дорога, дорога...
      То слышится хор, то сирены поют.
      К небесной отчизне с земного порога
      стремится душа — там последний приют...

Многая лета вам, Николай Петрович, светлых дней и хороших стихов.


в начало


Наверх страницы На главную Написать письмоПосетителям сайта: информация и помощь Вниз страницы