Министерство культуры Республики Татарстан

Контакты •  Карта сайта •  Гостевая книга •  Поиск по сайту •  Ссылки

Офис Елабужского государственного музея-заповедника
Александр Воронин

ГлавнаяБиблиотека Серебряного векаПо волнам прошлого и настоящего

Библиотека Серебряного века

18.10.2012

По волнам прошлого и настоящего

Людмила Пахомова журналист ЕГМЗ


Как за меня матушка всё просила Бога…

Юлий Ким

Александр Воронин известен в писательских, журналистских, театральных и, отчасти, музыкальных кругах. Тем удивительнее было узнать, что состоявшаяся не так давно в Библиотеке Серебряного века его творческая встреча была по счёту первой. Правда, один раз Александра уже приглашали на подобную встречу – минувшей весной в Набережные Челны. Но по дороге из Казани у него сломалась машина…


Александр Воронин
Александр Воронин Фото Л.Пахомовой

Словом, елабужане оказались первыми, перед кем будто на ладони открылась жизнь 53-летнего литератора, с подкупающей искренностью рассказывавшего о жизни и творчестве, о родителях и детях, друзьях и учителях, об интересах и пристрастиях, о вере и мироощущении…

И как-то совсем не случайным кажется то, что его первая творческая встреча, продолжавшаяся более трёх часов, произошла именно в Библиотеке Серебряного века, где часто можно увидеть поэтов, писателей, музыкантов, театралов, журналистов, то есть деятелей тех сфер культуры, к которым Александр Воронин имеет самое непосредственное отношение.

Впрочем, всё по порядку.

Он родился четвёртым ребёнком в семье, где было пятеро детей. Но оказался при этом единственным сыном и братом, что изначально сделало его всеобщим любимцем. Жили они на окраине Самары (тогда ещё Куйбышева) в маленьком посёлке Мехзавод по типу казанских Дербышек. Родители были выходцами из одного и того же села Бишево Апастовского района. Казалось бы, простое семейство с крестьянским прошлым и пролетарским настоящим, а вот сын уже с детства проявил себя большим оригиналом. В третьем классе, когда все писали сочинение «Кем быть?», Александр буквально ошарашил учителей своим: «Хочу быть кинорежиссёром». И, можете себе представить, прошло всего два года, как это желание исполнилось. Он создал в посёлке при клубе юных техников киностудию с громким названием «КЮТ фильм» и четыре года руководил ею. Научился снимать и монтировать фильмы, писал для них сценарии, а нередко сам же снимался. В старших классах, когда учился в Самаре, у Александра появилось новое увлечение: он стал играть в местном драматическом кружке.

После окончания школы отправился поступать в Казанское театральное училище. Сдал документы, получил экзаменационный лист, без которого на вступительные испытания не допускали… И вот наступил день первого экзамена. Училище было далеко, добираться приходилось с пересадками. По дороге он вдруг обнаружил, что не взял с собой экзаменационного листа. Пока возвращался и ехал снова, опоздал на два часа. Заветную аудиторию окружала плотная толпа абитуриентов, сквозь которую невозможно было пробиться. И, конечно, злополучные листы у всех давным-давно были собраны.

Воронин вышел во двор и присоединился к курившим мальчикам, горестно раздумывая о своём неудавшемся поступлении. И тут к ним подошёл красивый седовласый мужчина, который спросил: «Ребята, среди вас есть фотограф?» Все молчали.

— Я фотограф, — сказал Александр, даже не задумываясь.

И действительно, что ему какой-то фотоаппарат, когда он кинокамерой свободно владеет.

— А каким фотоаппаратом вы умеете снимать?

— Всеми могу.

— Как! Правда?

— Конечно. А какая разница: у каждого фотоаппарата есть выдержка, диафрагма и спусковой крючок.

— Ну и отлично, пойдём.

Дальше события развивались точно в кино. Его привели к директору училища, спросившему, готов ли он сдать все три тура за один раз. Александр был готов на всё. Через несколько минут он предстал перед экзаменационной комиссией, прочитал басню, стихи, сыграл предложенный этюд и спел песню, аккомпанируя себе на пианино. Экспромт как будто удался. Он вышел в коридор, где его поджидал всё тот же красивый седовласый незнакомец, и спросил : «А дальше что?»

— А дальше ты поедешь завтра с нашим поисковым отрядом по местам боевой славы. У нас фотографа нет – заболел.

— Подождите, так мне же ещё экзамены нужно сдавать!

— Да брось ты, потом сдашь.

На творческой встрече с А.Ворониным
На творческой встрече с А.Ворониным Фото Л.Пахомовой

За две недели они обколесили на автобусе пол-России и целых три дня пробыли в Москве. Впечатлений было хоть отбавляй, но мысль о том, действительно ли его приняли в училище, не давала покоя. И только вернувшись в Казань и увидев себя в списке поступивших, он вздохнул с облегчением. Одно несколько смущало: ведь как ни крути, а выходило, что поступил он по блату. Но уже на втором курсе он доказал и себе, и другим, что был принят в училище не зря. Его пригласили в Казанский театр юного зрителя, где вначале он играл небольшие роли, а к окончанию учёбы был уже задействован в основном репертуаре.

Александр Воронин считает, что ему очень повезло, когда в 16 лет он попал в руки замечательного преподавателя, блестящего актёра Качаловского театра, Народного артиста республики В.Г.Остропольского. С самого же первого занятия Вадим Григорьевич заявил, что профессиональных актёров он из них сделает. Но не это главное. «Самое главное, — сказал он, — сделать из вас культурных людей, чтобы у вас был художественный вкус, чтобы у вас было знание и понимание нашей культуры». И он заставлял их читать умные книги, смотреть фильмы, из которых Александру Воронину больше всего запомнились «Зеркало» и «Андрей Рублев» Андрея Тарковского. Причём, если на первый он ходил несколько раз, чтобы хоть что-то понять, то после второго, выйдя на улицу Баумана из кинотеатра «Татарстан» и увидев приближающийся троллейбус, он, всё ещё захваченный фильмом с его эпохой средневековья, с недоумением подумал: «А что это на меня едет?» «Андрея Рублева» Воронин до сих пор считает самым лучшим фильмом, который он видел в своей жизни.

Остропольский просто так заданий не давал, он потом спрашивал о впечатлениях, просил охарактеризовать произведение, дать собственную оценку. Выглядеть в глазах любимого педагога невеждой не хотелось и Александр установил сам себе ежедневную норму: прочитывать в день сто страниц прозы и одну пьесу. В результате к концу училища он уже неплохо ориентировался в художественной литературе и драматургии.

В Казанском театре юного зрителя Александр Воронин проработал несколько лет. Одна из ролей — Лёвки Демченко в спектакле «Бумбараш» — подарила ему песню, которая, на его взгляд, в немалой степени является отражением и его собственной жизни. Он исполнил её, аккомпанируя себе на гитаре, на встрече в Библиотеке Серебряного века:

      Как за меня матушка всё просила Бога,
      Всё поклоны била, целовала крест,
      А сыночку выпала дальняя дорога,
      Хлопоты бубновые, пиковый интерес.

      Журавль по небу летит, корабль по морю идёт,
      А кто меня куда влекёт по белу свету,
      И где награда для меня, и где засада на меня —
      Гуляй, солдатик, ищи ответу.
      ………………………

      Где я только не был, чего я не отведал,
      Берёзовую кашу, крапиву, лебеду.
      Вот только лишь на небе я ни разу не обедал,
      Господи, прости меня, я с этим обожду.

Дальняя дорога Александру Воронину выпадала не раз во время театральных гастролей. Он так вписался в коллектив, что его ни в какую не хотели отпускать на учёбу в Литинститут. Однако пришлось смириться. Но, потеряв актёра, Казанский ТЮЗ приобрёл в его лице драматурга, чьи пьесы впоследствии не раз ставил на своей сцене. После окончания института, а было это 27 лет назад, Александра сразу же пригласили в родное училище преподавать историю театра. И это тоже оказалось делом на всю жизнь.

Александр Воронин
Александр Воронин Фото Л.Пахомовой

В отличие от училища в Литинституте у преподавателей был свой конёк — история, ибо, по их мнению, только она «делает современного человека более–менее культурным и интеллигентным». Изучение истории вылилось у Александра Воронина в особое пристрастие к эпохе первой четверти XIX века и личности Александра I, которого он считает самым выдающимся российским императором. Ему драматург посвятил пьесу «Монарх-монах» и раздумывает о том, а не написать ли ещё на эту тему исторический роман.

С литературой у Воронина сложились своеобразные отношения: он предпочитает писать только то, чего никогда не писал. Когда речь идет о различных жанрах, это ещё понятно, а вот как удаётся вносить новизну в каждую пьесу, которых у него около двадцати? Обратимся к примерам. «Монарх-монах» относится к числу пьес, которые по сути предназначены для чтения, поскольку они слишком велики по объёму, чтобы их ставить на сцене. Не случайно автор издал её отдельной книгой. Отличительная черта пьесы «Полёты в параллельных мирах» заключается в том, что она написана от начала до конца без деления на эпизоды. При этом действие происходит в одном и том же месте с участием всего трёх актеров. Пьесу «Как уху Емеля ел» (раёшник в стиле рэп) Александр сочинил в рифмованных стихах. Кстати, при её постановке он сам же выступил продюсером, режиссёром, композитором, а когда буквально перед премьерой заболел исполнитель главной роли, то пришлось Воронину тряхнуть стариной и выйти на сцену вместо него. Словом, как говорит Александр, «по диплому моя специальность — литературный работник. А что писать — стихи, пьесы, повести, романы — это большого значения не имеет. И я, действительно, работаю в любых жанрах».

Однако, как известно, литературой прокормиться невозможно. Но Воронину и здесь повезло: ему не пришлось даже переквалифицироваться, судьба привела его в журналистику.

Как-то ему предложили заменить на время отпуска корректора в газете «Комсомолец Татарстана». Именно в этом издании он и прошёл все журналистские университеты. Был наборщиком, да ещё каким! Печатал, не глядя на клавиатуру, десятью пальцами. Работал верстальщиком в то самое время, когда компьютерная вёрстка ещё только-только вступала в свои права; трудился редактором отдела культуры, ответсекретарём. После республиканской молодёжки работал в журнале «Казань». Сейчас является заместителем главредов сразу в двух изданиях: газете «Казанские ведомости» и литературном альманахе «Аргамак». В последнем, в частности, вышла его документальная повесть «Невидимки». В ней рассказывается о татарских писателях и поэтах Рустеме Кутуе, Диасе Валееве и Виле Мустафине. По словам главного редактора «Аргамака» Николая Алешкова она написана «талантливо, очень честно, искренне и с любовью к людям», о которых идёт речь.

На творческой встрече с А.Ворониным
На творческой встрече с А.Ворониным Фото Л.Пахомовой

Как правило, сейчас свои книги Александр Воронин начинает писать весной. Не потому, что с пробуждением природы у него начинается творческий подъём, а из чисто практических соображений. Обычно в конце марта — начале апреля весенняя распутица не даёт ему выехать на машине из их деревенского домика в Обсерватории — живописного места, отданного в своё время под дачи казанским учёным. Вот он и приноровился брать на это время отпуск, посвящая весь досуг воплощению того, что уже задумано, выношено и просится на бумагу. Порой пытается составить некий план будущего сочинения, но как только садится за работу, очень скоро о нём забывает, отдавая предпочтение прихотливым путям, по которым ведёт его творческая интуиция.

На встрече в Елабуге Александр Воронин настолько заинтриговал публику необычными дарованиями, удивительными историями из своей жизни, тонкой самоиронией, устоявшимися взглядами, которые порой идут вразрез с общепринятым мнением, что его буквально засыпали вопросами.

— Что вы любите читать?

— Классику. У меня было два романа, которые я перечитывал каждый год. Без этого вот как-то жить не мог. Это «Сто лет одиночества» Маркеса и «Мастер и Маргарита». От последнего романа я, слава Богу, отошёл, причём совершенно замечательно. Я написал инсценировку, которая называется «Мастер и Маргарита. Глава тринадцатая». Как и в тринадцатой главе самого романа действие в ней происходит в клинике профессора Стравинского. И всё — после инсценировки я больше роман не читаю. Маргарита отпустила меня. Совершенно.

— Вы большой знаток в области культуры и истории. А как вы относитесь к сфере образования?

— Я считаю, что в образовании самое главное — самообразование. Чему можно научить человека, если он не хочет учиться? Ничему!

— Вы в Бога верите?

— Верю. Больше даже… знаю, что Он есть и что нас ждёт высший суд. Я с детства задавался этими вопросами. Мои родители были носителями крестьянской культуры, в семье продолжали соблюдать какие-то народные обычаи. И для меня совершенно естественными были куличи, творожные пасхи, крашенные яйца. В Казани, например, я очень долго удивлялся, почему весной никто не печёт жаворонков? Потому что мама нам с детства обязательно этих жаворонков пекла. К сожалению, современный человек устроен так, что ничего не способен принимать на веру. Я тоже искал доказательств Божьих и нашёл их. Например, в том же огне, который сходит накануне православной пасхи у Гроба Господня и первые пятнадцать минут абсолютно не обжигает, когда его подносят к рукам и лицу. А вообще, это, конечно, большая сфера, которая требует отдельного изучения.

— Что для вас является наиболее важным в литературной деятельности?

— Учитывая тенденции глобальной мировой политики, стремящейся сделать из нас бездушное общество потребителей, мы должны всячески этому препятствовать. Наш личный вклад в культуру может быть минимальным. Это уж кому как повезёт. Просто мы должны этим заниматься, хотя бы потому, что весь мир занимается противоположным делом.

Последняя мысль была близка и понятна многим из тех, кто пришёл на творческую встречу с Александром Ворониным. Среди них — Николаю Алешкову и Наталье Вердеревской, прочитавшим свои новые стихи, а также Ольге Кузьмичевой-Дробышевской, спевшей несколько замечательных романсов, о прошлом и настоящем, о доме, о Родине, о любви…

Выступает О.Кузьмичёва-Дробышевская
Выступает О.Кузьмичёва-Дробышевская Фото Л.Пахомовой


в начало


Наверх страницы На главную Написать письмоПосетителям сайта: информация и помощь Вниз страницы